Завтра на двоих

 – Пусть даже и идти близко, а все равно. Ты не забыл, что в начале недели у нас аж по пять пар стоит? Да еще и с окнами.

– Я точно не забыла, – мрачно проворчала Лерка. – С учетом своих стариков буду возвращаться затемно, хорошо если не на самом последнем автобусе.

– Мы могли бы тебя встречать, – предложил Стаська. – Мне на этой неделе только в среду в вечернюю смену.

– Поживем – увидим, – вздохнула Лерка.

Начало недели действительно выдалось тяжелым. Казалось, в мире существовал лишь дурной визг будильника, и вся жизнь напряженно сжималась между этими моментами, от звонка до звонка.

В подобные дни Лерка не раз задумывалась над тем, чтобы перейти на заочное отделение, но теперь, к концу учебы, уже жалко было и времени, и затраченных сил. Поэтому оставалось, стиснув зубы, крепиться, вставать, чувствуя себя зомби, учиться и работать.

Одного из своих подшефных, пожертвовав собственным обедом, Лерка успевала навестить в разрыве между парами, остальных – уже после. Теперь, когда она работала уже не первый год, ей было проще: она уже знала потребности и привычки своих постоянных подопечных, научилась делать все быстро и быть строгой с не в меру капризными.

Например, с той старушкой, которая вначале доводила ее до точки кипения, по несколько раз подряд посылая в магазин за батоном под предлогом, что Лерка взяла не тот, хотя вначале сама же заказывала именно этот. Теперь старушка был врезана в рамки – и, кажется, даже получала от этого удовольствие.

Но все равно, работа изматывала и физически, и эмоционально.

Правда, не со всеми. В среду Лерка нанесла визит Анне Макаровне, оставив его «на десерт», поскольку именно к этой женщине, одной из немногих, она ходила с удовольствием. Но в этот раз, настраивая совсем не на праздничный лад, ее с самого порога встретил запах сердечных капель.

– Анна Макаровна, вам что, плохо? – встревожилась Лерка.

– Нет, Лерочка, нет, – покачала та головой. – Это Инне Васильевне. Она у меня. Пройдем, она хочет поговорить с тобой.

Какие только мысли не пронеслись у Лерки в голове, пока она шла эти несколько метров от входных дверей до комнаты, где сидела женщина! И первой было: Инна Васильевна раздумала жить в городе, решив аннулировать их обмен. А Лерка уже начала привыкать к этой своей квартире. Но если по документам Инна Васильевна уже не имела на ту квартиру никаких прав, то по совести Лерка все равно не сможет ей отказать, если она потребует вернуть квартиру обратно.