Зажечь небеса

Я ждал, что закусочная «У Люси» окажется типичным кафе небольшого провинциального городка, выдержанным в стиле пятидесятых годов прошлого века: яркий свет, красные виниловые сиденья и хромированные ножки. Вместо этого внутри царил полумрак, и повсюду размещались музыкальные инструменты. Сами стены были от пола до потолка оклеены театральными и концертными афишами, плакатами и обложками музыкальных альбомов. Группа «The Beatles» соседствовала с «Foo Fighters», Рой Орбисон улыбался рядом с Беком, а Пэтси Клайн – с Аланис Мориссетт.

– Круто, правда? – заметила Отем. – Именно здесь я открыла для себя альтернативную музыку. В здешнем музыкальном автомате есть не только кантри и блюзы.

Большая часть столиков пустовала. Пахло сливочным маслом и яблочным пирогом. Мы устроились за столиком и заказали молочные коктейли: шоколадный для меня, клубничный для Отем.

– Итак, каков твой вердикт? – спросила Отем.

– По поводу клана Колдуэллов.

– Раньше я думал, что семьи, подобные твоей, существуют только в телесериалах.

– Это хорошо или плохо?

– Хорошо. Я еще никогда не встречал таких людей, как твои родители. Они словно планеты в одной Солнечной системе, вращаются вокруг тебя и Трэвиса. Никогда не сталкиваются, но всегда остаются на своих орбитах, движутся с идеальной синхронностью. Видно, что они живут так уже много лет и проживут еще долго-долго.

– Ух ты, – мягко сказала Отем. – Какое красивое сравнение ты подобрал, Уэстон.

Я отвел глаза, не в силах вынести ее взгляд.

– В общем, я хотела поговорить с тобой кое о чем, – сказала Отем.

– Я тоже, – произнес я, с трудом цедя слова. – Мне нужно кое-что тебе сказать.

– Да? – Отем откинулась на спинку сиденья. – Звучит серьезно.

– Не-а. Это неважно. Давай сначала ты.

Отем поиграла своей ложкой.

– Последние несколько дней я много думала и теперь знаю, чему будет посвящен мой новый проект для Гарварда.

– Правда? И чему же?

– Тема твоего проекта – я?

– Фигурально выражаясь. – Она сложила руки на столе и подалась вперед.

– Да? – спросил я. Впрочем, когда мы сидели в самолете, я уже видел в ее глазах страстное оживление. Я понял, что она хочет сказать; Отем решила посвятить свою жизнь тому, чтобы моя жизнь стала лучше. При мысли об этом мое недостойное сердце преисполнилось чувством вины.