Зажигая пламя

Договорить Егор не успевает. Машина останавливается возле подъезда, и я дергаюсь к двери.

– Заблокируй замки! – кричит Гроз водителю, но уже поздно.

Я вылетаю на улицу и, с силой хлопнув дверью машины, со всех ног лечу к дому. На бегу достаю ключи из сумочки, прижимаю таблетку к домофону и вваливаюсь в подъезд. В тот момент, когда Егор почти догоняет меня, успеваю закрыть дверь. Слышу глухой удар с той стороны, и это заставляет меня бежать дальше. Лестница. Дверь квартиры. Ключ в дрожащих пальцах.

С трудом нащупав замочную скважину, наконец-то открываю дверь и оказываюсь в квартире. Судорожно глотаю воздух, уговаривая себя не реветь. Не выходит. Оседаю на пол, и слезы градом текут по щекам.

Телефон в сумке разрывается. Звонок, сообщение, снова звонок. Я знаю, что это Егор. Но больше мне нечего ему сказать.

С трудом поднимаю себя с пола, разуваюсь, снимаю платье. Из бюстгальтера достаю флешку и швыряю ее на письменный стол.

Чертова флешка! Лучше всего просто уничтожить ее! Но я не могу.

Сердце отчаянно колотится. Я смотрю на флешку остекленевшим взглядом, а в памяти всплывает разговор с Юлианой.

В тот момент я поняла, что не могу отдать флешку Юлиане, ведь тогда бы она узнала, что именно искал Егор на компьютере отца. Но и Егору я тоже не могу ее отдать.

А теперь я чувствую себя так, словно всех предала. Но в первую очередь – его. Я намеренно лгала и плевалась ядом в машине, чтобы Егор перестал считать меня какой-то особенной.

Но почему так больно-то?

Запираюсь в ванной. Стоя под струями прохладной воды, пытаюсь остудить свой воспаленный разум. После душа завариваю себе чай. Сжав руками горячую чашку, пытаюсь успокоиться.

Так. Все нормально. Мой мир не рухнул. И лично я ничего плохого не сделала Егору. Не я должна рассказать ему о матери. Моей вины в том, что ее не стало, нет.

Но когда захожу обратно в комнату, мир опять трещит по швам при виде этой чертовой флешки.

Первая мысль – под матрас. Туда и прячу. Забираюсь на кровать с ногами. Вывалив из сумки все содержимое, беру телефон. Кажется, он только недавно перестал трезвонить.

Двадцать пять пропущенных от Егора. Пять сообщений в «Телеграме». Одно «ВКонтакте».

Первым делом открываю «ВК».