Зажигая пламя

Хотя, возможно, и чувство вины не дало мне заявить на него. Не знаю.

Недовольно поцокав языком, Грозный выпрямляется и расслабленно откидывается на спинку.

– Вот как мы сейчас поступим, кареглазка: мы вместе поедем в участок, и я накатаю заяву на твоего Тимофея. Он спровоцировал меня на драку. Например, нелестно высказался о моем отце.

– Но это же неправда! – взрываюсь я.

– Дослушай, – обрывает меня Егор. – Так вот: я ударил его, чтобы защитить честь отца, и у нас завязалась драка. Затем к твоему драгоценному Тиму подключилась вся команда, и они принялись меня избивать.

И попробуй потом докажи, что все произошло как-то не так. Как минимум пара официантов подтвердит мои слова – я об этом уже позаботился. Тебя слушать будут в последнюю очередь. Ты заинтересованная сторона, сама понимаешь… Ну, так что, мышка, отделаешься поцелуем или начнем создавать кучу проблем твоему пареньку и его друзьям?

Я в шоке, но пытаюсь действовать разумно и отважно.

– У Тима мама – юрист, она это так не оставит.

К тому же в команде есть парни из весьма обеспеченных семей. Их родители наверняка смогут замять дело.

Например, Фор. Его отец – крупный бизнесмен, они очень богатые. И Сэвен не из бедных.

– Это ты сейчас себя так успокаиваешь? – насмешливо поднимает одну бровь Егор.

– Нет, это я просто говорю, что не стану тебя целовать.

– Очень жаль. – Он хватается за руль, но не спешит трогаться с места. – Почему люди просто не хотят дать мне то, что я прошу? Отец, Юлиана, теперь ты…

– Почему? – Егор отпускает руль и вновь подается ко мне.

 – Это же просто поцелуй, Алина. Тебе ничего не стоит подарить его мне.

Протянув руку к моему лицу, он убирает выбившуюся прядь за ухо. Проводит подушечкой большого пальца по щеке.

Чувствую себя как загнанный зверек. И ничего не могу сделать. Ни отпрянуть, ни оттолкнуть… Зеленые глаза буквально гипнотизируют меня.

– Ты знаешь, что в истории человечества некоторые войны случались из-за женщин? – Его голос садится.

 – Я даю тебе шанс предотвратить еще одну бойню. Просто поцелуй меня. И Тимофей будет прощен.

Мы долго смотрим друг другу в глаза. Я ни в чем не уверена, но знаю только одно – Егор не остановится. Он и правда объявит войну Тимофею. Из-за меня…

Но я не могу его поцеловать! Это неправильно!

Однако мое тело само принимает решение, не подчиняясь разуму. Подавшись к Егору, я быстро прижимаюсь к его приоткрытым губам. Замираю. Он тоже не двигается.