Зажигая пламя

Одна ладонь упирается в грудь Тимофея, другая – в грудь Егора. Слезы текут по лицу.

– Пожалуйста, перестаньте! Не надо! Что нужно сделать? – Я отчаянно смотрю на Гроза. – Что? Отдать тебе флешку? Я отдам! Ее у меня нет сейчас, но я достану! Отдам, клянусь! Просто прекрати все это!

Дернув за кисть, Егор отправляет меня к себе за спину и набрасывается на Тимофея. Оступившись, я падаю на асфальт. Ребята тоже валятся, нанося друг другу жесткие удары. Я мгновенно вскакиваю, чтобы снова броситься к ним, но Дан хватает меня и насмешливо произносит:

– Успокойся, куколка.

Дай им самим разобраться. За тебя ведь воюют.

– Мне этого не надо! – выкрикиваю я.

– Это уже мало кого интересует, – заявляет второй парень и помогает Даниилу держать меня.

– Эй! Вы что творите?

Возмущенный возглас заставляет меня задохнуться от счастья. Завертев головой, я вижу трех мужчин, проходящих неподалеку. Кричу, не узнавая своего голоса:

Мужчины разнимают Тимофея и Егора и заставляют друзей Гроза меня отпустить. Егор все еще рвется в бой, поэтому его крепко держат.

Подходят еще какие-то люди, видимо, жильцы соседнего дома. Собирается целая толпа, становится шумно. Кто-то говорит о полиции.

Я пытаюсь увести Тима. Шепчу ему на ухо, что полиция нам точно не нужна, это плохо отразится на его карьере. Наконец-то он поддается уговорам и хватает сумку. Увидев, что я собираюсь уйти, обезумевший Егор снова начинает неистово вырываться. Теперь его держат уже трое. И друзей его держат, угрожая вызвать полицию.

– Эй, футболист! – выкрикивает Гроз.

 – Каково тебе ее целовать после меня? Касаться после меня? Нигде не жмет?

– Ты насильно ее целовал! – рычит Тим, вновь швыряя сумку на асфальт.

Егор смеется. Таким безумным смехом, что мне становится по-настоящему жутко.

– Уже нет, футболист. Уже нет! Алина целовала меня сама. Давай, спроси у нее!

Тим награждает меня взглядом, полным разочарования, и будто ждет какого-то опровержения. Но я никак не отрицаю слова Егора. Никак.

– Все, пошли, – сухо говорит Тимофей, подхватив сумку и взяв меня под локоть.

Мы уходим. Однако я совершенно не испытываю от этого облегчения. Камень в моей груди становится еще больше. Чувство вины, безысходность, страх…

Егор стал по-настоящему безумным. Он словно помешался. И я уже плохо понимаю: что ему все-таки нужно? Я или чертова флешка? Или он просто не может проиграть Тимофею?

Ведь он вообще не умеет проигрывать или отступать.

Страшный человек. Без тормозов. Без здравого смысла.