Заживо в темноте

– Спасибо, что пришли!

– С днем рождения тебя, солнышко! – сказала Тиффани. – Завтра позвоню.

– Мы подождем тут, пока ты не войдешь в дом, – добавил Луис.

Может, он все-таки не такой козел, как кажется? Ну, озабоченный… но это ведь не самый страшный порок.

Вокруг стояла жаркая душная тьма. Мама много раз спрашивала, не хочет ли ее домовладелец поставить перед домом фонари. И каждый раз Джулиет отмахивалась, думая про себя: «Вечно найдет, чем меня достать!» – но сейчас вдруг поняла, что мама права. Два-три фонаря здесь точно бы не помешали.

Да ладно, ерунда. Дверь дома меньше чем в двадцати ярдах от дороги.

Она двинулась вперед по песчаной тропинке. Почти сразу споткнулась: высокий каблук зацепился за корень или еще что-то такое. Эта дорожка вообще не для туфель на каблуках. Через несколько ярдов в кустах раздался шорох. Джулиет замерла. Машина Луиса сзади, она слышит включенный мотор; но можно ли разглядеть Джулиет в такой темноте? И что, если кто-нибудь выпрыгнет из кустов, схватит ее и утащит во тьму? Что будут делать Луис и Тиффани?

Охваченная страхом, Джулиет бросилась бежать.

Вновь споткнулась и едва не упала, однако удержалась на ногах. Оказавшись на крыльце, дрожащей рукой начала нашаривать в сумочке ключи. Где же они? Где?

Наконец нащупала знакомое кольцо в форме дельфина, вытащила звякнувшие ключи, нашла нужный, вставила в замок. Дверь со щелчком отворилась.

Джулиет торопливо включила свет – и в гостиной, и снаружи, на крыльце. Глубоко вздохнула, стараясь успокоить сбившееся дыхание.

Перешагнув порог, обернулась. Луис и Тиффани помахали ей из машины. Джулиет, старательно удерживая на лице улыбку, помахала в ответ.

Машина тронулась с места.

Что за кошмарный вечер! Слава богу, он подошел к концу. Теперь – в туалет и спать.

Джулиет повернулась, захлопнула дверь ногой… но дверь у нее за спиной не захлопнулась.

Она хотела обернуться, и в этот миг чужая рука схватила ее за правое плечо, а к горлу прижалось что-то холодное и острое.

– Не кричи – порежу. Поняла? – проговорил хриплый злой мужской голос за спиной.

Джулиет застыла, не в силах ни шевельнуться, ни вздохнуть.

– Если поняла, просто кивни.

Невероятным усилием она сумела дернуть голову вниз.

– Теперь иди вперед. Прямо на кухню. Без резких движений.

И Джулиет пошла. Казалось, тело, сделанное из желе, растекается. Даже если она решит сопротивляться – ударить его локтем под ребра и бежать, или обернуться, схватить за руку с ножом и укусить, – просто не сможет.