Заживо в темноте

– Здорово, правда? – улыбнулась Андреа, и на миг Зои показалось, что перед ней прежняя сестренка, веселая и энергичная.

– На самом деле ничего особенного. Просто куриная грудка в сухарях. Едва ли заслуживает звезды Мишлена.

– Но определенно заслужила звезду Зои!

– Ты просто проголодалась, – слегка порозовев, заметила Андреа и начала резать свой шницель.

– А почему ты дома? – отхлебнув пива, спросила Зои. – Разве сегодня вечером не работаешь?

Андреа пожала плечами, уткнувшись в тарелку.

– Сегодня позвонил Фрэнк.

Фрэнком звали хозяина ресторана, где работала Андреа.

Переваривая эту новость, Зои поняла, что первая ее реакция – облегчение. Ночные смены в ресторане были для них с сестрой источником постоянных споров. Зои считала, что это большой и совершенно ненужный риск. Гловер может подстеречь Андреа на задворках ресторана, куда она выходит выбросить мусор. Или выяснить, каким маршрутом она возвращается домой, и схватить, едва девушка выйдет из такси.

– И почему он тебя уволил? – спросила она наконец.

– А ты как думаешь? – с горечью ответила Андреа. – Сказал, что не может платить официантке, которая не готова отрабатывать три ночные смены в неделю.

– Милая, мне очень жаль, но…

Андреа бросила вилку на стол.

– Зои, я так больше не могу! Прошло уже больше месяца. И никто, нигде, ни разу его не видел! А агент Колдуэлл говорит…

– Агент Колдуэлл ошибается! – гневно выплюнула Зои.

– Он говорит, что Гловер очень осторожен. Что он не рискнет вступить в прямой контакт.

– Колдуэлл ничего не понимает! Фантазия Гловера в том…

– Зои, мне плевать на его фантазии! Что, если он действительно лег на дно – и будет скрываться еще год, или два, или пять? Все это время я буду вот так жить?! – Слезы, которые она долго пыталась скрыть, покатились по щекам; одна слеза упала на шницель и впиталась в слой сухарей.

– Андреа! – Зои потянулась к сестре, но та отдернула руку.

– Ладно, забудь, – сказала она. – Работа все равно была хреновая.

Не зная, как утешить сестру, Зои молча вернулась к еде. Андреа утерла слезы и тоже принялась за шницель.

Через несколько минут тяжелого молчания Зои сказала:

– Звонил Тейтум. Не возражаешь, если, пока мы будем в Техасе, к тебе будет иногда заглядывать его дед? Он уже стар, и Тейтум говорит, что ему очень одиноко.

Андреа смерила ее проницательным взглядом.