Здравствуй, 1985-й (СИ)

— Я с тобой, — радуется, не пойми чему, сосед, и тоже снимает рубашку, оставаясь в трико и с голым торсом как я.

«А подкачан он не хуже меня», — замечаю мельком. Только больно драчливый, как он дожил до юниорской сборной по боксу в будущем? Но от поддержки не отказываюсь. Оглядываю нашу комнату. Ничего так особенного — две кровати, причём полуторки, встроенный шкаф двустворчатый, два небольших квадратных стола придвинутых друг к другу у окна, две табуретки, труба какая-то, судя по оставшимся креплениям, тут турник в комнате был.

Труба? Беру. Вроде и взрослый я человек и понимаю — всех не переделать, но мне в этой общаге жить не один год, надо посмотреть, кто там такой борзый? И хорошо, что сосед подорвался со мной. Или плохо? Отмочит чего ещё. Быстро поднимаюсь наверх, Бейбут чуть задержался, закрывая дверь. Стучу ногой дверь, та моментом распахнулась. В комнате трое парней, бухают.

Все трое чуть повыше нас с Бейбутом, спортивного телосложения, но выпившие, кого тут бить двум боксёрам?

— Ты не один пришёл? С трубой, — цедит кричавший в окно, я узнаю его по голосу и хватает табуретку, чтобы тут же поставить её назад.

— Двое нас, — скалится за моей спиной сосед, уже догнавший меня.

— Казах, а ты чего? — говорит хам. — Твой кореш, да?

— Я, оказывается, под тобой живу? — удивляется Казах. — Чего наехал на подругу Толяна? Зубы жмут? Обращайся. Мы сегодня уже двух отоварили с Толяном, те, правда, под два метра были, но им это не помогло.

«Бейбут заводится с полпинка, я, походу, гемор таким знакомством нажил себе.

Может — ну его, заселиться в четырёхместку»? — мелькает мысль в голове, но и я взрослый и гормоны Толика активно протестуют.

— Ты знаешь его? — спрашиваю у Бейбута, не поворачиваясь, и следя за руками соседа сверху.

— На треньках спарринговались даже, он на десять кг тяжелее, а выхватил от меня как надо, — самодовольно ухмыляется Бейбут.

— Ясно, походил на бокс пару раз и папкой себя почувствовал? — улыбаюсь соседу сверху.

— Пару не пару, а тебя вырублю, если за Бейбутом не будешь прятаться, — самоуверенно говорит он.

— Когда спарринг? — лениво спрашиваю я.

Понимаю, что драки не получится, ни сам хам, ни его собутыльники в драку с Казахом лезть не хотят. Да и мои мускулы некоторые опасения им внушают. А главное, труба. Железкой по башке им тоже неохота, а тут такой предлог съехать с конфликта на спарринг.

— Завтра давай подходи, в перчатках само собой, а то убью тебя ещё, — выдыхает мой завтрашний мешок для отработки ударов.