Здравствуй, Мир!

Щелк — и сидящий белый громадный тигр напротив, это не «запредельно опасная и нереальная ситуация, из которой практически нет шансов выбраться живым», а просто тигр.

Просто сидящий напротив белый тигр.

Ну тигр и тигр — подумаешь?

Я как-то так разом успокоился. И даже мозги заработали. Но как-то так избирательно: обходя всё, что связано с сидящим напротив тигром и опасностью, которую он для моей жизни представляет.

— Привет, — сказал ему я.

— Фырк! — фыркнул он мне в ответ.

— Я пойду? — спросил я. Тигр не ответил.

 — Молчание — знак согласия, — пожал плечами я…

Тигр недовольно дернул хвостом.

— Понял, — поднял перед собой руки. — Не дурак. Значит, остаюсь здесь, — пожал плечами я и уже не обращая внимания на тигра, полез в свою сумку за палаткой, которую тут же и принялся деловито устанавливать.

Тигр… охренел от такой моей реакции. Сложно подобрать другое слово, ну, кроме аналогичного ему матерного. Глаза его раскрылись широко настолько, что я и предположить не мог, что они вообще так широко у него могут открываться.

И всё то время, что я возился со своей палаткой, он так и просидел на попе с круглыми от удивления глазами.

А я… что я? Разбил палатку, расстелил внутри коврик, спальник, залез в него… и уснул. Одно из важнейших солдатских умений, которые ты постигаешь за время службы: умение быстро засыпать, и продолжать спать в любых обстоятельствах непосредственно (то есть, вот прямо сию секунду) не угрожающих жизни либо здоровью. Если этому не научишься, то лучше уйти из армии сразу… если есть такая возможность.

Потому как, придётся и под шумом садящихся и взлетающих в ста метрах от тебя ИЛ-ов на коврике, посреди голого поля, укрывшись от палящего солнца плащ-палаткой отдыхать, сил набираться. И в общей палатке пытаться силы после наряда или выхода восстановить, в то время, как прямо там же идёт крутой разгульный пьяный гудёж со всем, что положено: громкой музыкой, пьяным базаром, пьяным ором и пьяным мордобоем. И в той же палатке ночь коротать, когда пилоты отрабатывающих упражнение МИГ-ов выбрали её в качестве ориентира-цели для учебного пикирования. То есть, подлетают метров на пятьдесят и врубают форсаж, чтобы резко уйти на высоту. Не сможешь адаптироваться — долго не протянешь. Не говоря уж про шум бомбёжек.

Я прослужил девять лет по контракту и год по призыву. Я адаптировался. И это умение осталось со мной. И оно не «выдохлось» за время сытой и спокойной жизни на гражданке.

Так что, я просто уснул.

Проснулся через четыре часа. Вылез.