Здравствуй, Мир!

— Когда Иван появится, отправишь мне срочное письмо через Гильдию, — потеряла всяческий интерес к лежащему на полу мужчине девушка. — Он твой, — бросила она в пространство. Сама же подошла к зеркалу, села на стул и принялась расчёсывать специальной щеткой-массажкой свои черные волосы.

Дверь за спиной мужчины отворилась, а сам он резко потащился по полу на выход, словно невидимая рука схватила его за воротник и потянула за собой. Хотя, почему же «словно»? Ведь так оно и было на самом деле…

Мужчина покинул комнату.

Дверь за ним закрылась. Сакура осталась перед зеркалом одна. Движения её были спокойными и плавными. На губах играла насмешливая улыбка.

— Покажи им, Иван Дмитрич. Покажи, кто такой «герой Русских сказок»… — промурлыкала она себе под нос и продолжила расчёсываться. — Сломай им мозг… как ты это умеешь.

— Что-то срочное, Мэнсер? — вошёл в знакомое помещение без окон высокий мужчина в кожаной куртке, надёжно затворив за собой входную дверь.

Хозяин помещения, высокий седой мужчина в белом балахоне, сидящий перед шахматным столиком, не удостоил вошедшего взглядом.

Он как раз взялся за одну из фигур и переставил её на новое поле.

— Гомер сообщает, что «Инстанс», наконец, прервался, — не глядя на собеседника, сообщил «балахонник».

— Прервался? — нахмурился вошедший. — Сдох, наконец? И что теперь? Высылать разведчиков на поиски входа в Новую Локацию? Или… это уже не наша проблема? Ты ведь так и не сообщил мне, до чего договорились эти… — он явно хотел употребить в адрес известных ему личностей какое-то не слишком лицеприятное слово, но решил сдержаться.

С такими людьми, как те, кого он имел в виду, никакая осторожность не может быть лишней.

Честно говоря, он и сам мечтал когда-нибудь, дойти до их уровня, став настолько же могущественным и опасным, чтобы и его точно так же опасались ругать даже завуалированно, даже в изолированных и защищённых помещениях защищённых зданий. И он уже очень многое для этого сделал. Много, но всё ещё недостаточно.

До той планки личной силы и политического влияния ему предстоял ещё очень длинный путь… если кто-то этот путь не прервёт раньше, конечно. И как-то мужчине сразу вспомнились огненные пальцы, сжимающие его горло. Огненные пальцы и злой холодный взгляд страшных немигающих глаз хрупкой девушки с цветочным именем.

— Договорились, — усмехнулся «балахонник». — Когда они вообще о чём могли договориться?

Мужчина в кожаной куртке вопросительно изогнул бровь.