Здравствуй, Мир!

Сверху на этом столике стояли красивые, вырезанные из светлого и тёмного хрусталя фигурки, складывающиеся в шахматную партию.

Мужчина был сед. При этом коротко острижен. Он был сухощав, черты лица имел острые, угловатые. На подбородке его красовалась аккуратная бородка. Тоже седая. В целом, на вид ему можно было дать от пятидесяти до шестидесяти лет, если подходить с Земными критериями оценки возраста.

Поверх балахона на нем не было цепи с храмовым или Гильдейским символом, поэтому, очень сложно было судить о его ранге и принадлежности.

Всё же, белый балахон могли носить, как храмовники, так и маги, не зависимо от степени посвящения или ранга силы. Это не нарушало никаких писаных или неписаных правил либо запретов. Подобное нигде и никак не регламентировалось.

Однако, само то, что кресло со столиком располагалось в отдельной комнате Королевского Замка Ганола, и не где-нибудь в строении возле стен, а в центральном донжоне, уже само говорило за себя.

Кроме кресла и столика, в помещении, достаточно небольшом, располагались и иные предметы, такие, как ковры, книжные шкафы с остеклёнными дверцами, письменный стол, тахта, Большая карта континента на дальней стене, магические светильники на стенах, ещё всякая мелочь.

Сложно было по ним однозначно судить о назначении этого места. Оно могло бы с равным успехом выполнять и роль рабочего кабинета, и личной комнаты, и комнаты отдыха.

Однако, в глаза бросалось то, что в этом помещении не было окон.

— Поговорили, — ответил мужчина в кожаной куртке, который только что вошёл в помещение, прикрыв за собой массивную окованную железными полосами деревянную дверь.

Особого подобострастия в его голосе не было слышно. Однако, и насмешка, ирония, игривость, несерьёзность либо пренебрежение так же отсутствовали. Мужчина, как минимум опасался седого «балахонника», сидящего за шахматным столиком и не поднимающего взгляда от развернувшейся шахматной партии. На вошедшего мужчину он не смотрел.

— И как он тебе? — задал вопрос человек в белом балахоне, продолжающий разглядывать фигуры на столике перед собой.

— Не глуп. Достаточно проницателен и наблюдателен. Достаточно адекватно оценивает обстановку, в которой оказался и принимает её. Причём, принимает даже легче, чем остальные Герои, хотя, за счёт возраста и пластичности психики, им должно быть с этим гораздо проще, чем ему.

— Что-то ещё? Что-то особенное? — зацепился за малейшие оттенки интонации собеседника человек в балахоне.

— Пожалуй… Это сложно передать словами.