Зефир в шоколаде

Антон бы работал в кабинете, а, возможно, не работал, а занимался своим любимым катером, он вечно в нём что-то усовершенствовал, подправлял и драил до блеска. Пришла осень, катером уже не пользовались, но внимание Антона к любимой игрушке не угасало. И наши выходные зачастую проходили так: я готовила и наблюдала за мужем из кухонного окна, или сидела на веранде, разговаривая по телефону или читая, и опять же за ним наблюдала. А потом мы вместе обедали, занимались любовью, и это было лучшим отдыхом для обоих, по крайней мере, мне хотелось верить в то, что Антон считает также.

И сейчас, отдавая себе отчёт в мыслях и стремлениях, я чувствовала умиротворение. Я приняла решение. Бороться за свой брак. Именно бороться. Так кто там против? Я готова драться.

— У тебя странный голос, — заметил Антон во время нашего последнего телефонного разговора. — Ты злишься?

— Нет.

— Против кого?

От этого вопроса я немного растерялась, не сразу решила, что мужу ответить, и поэтому попробовала увильнуть.

— Ты, правда, хочешь знать? Против твоего дружка.

— Витьки? А что он тебе сделал?

— Ещё не хватало, чтобы он что-то мне сделал. А вот за Лену обидно.

— О-о, — Антон выдал это в такой тоске, что на какое-то мгновение мне показалось, трубку бросит, не желая обсуждать чужие разборки. Но удержался. Правда, предупредил: — Лера, я не хочу ничего знать.

— Почему? Это твой друг.

— И что? Мы не обсуждаем с ним подобные вещи.

Я недоверчиво хмыкнула.

— Так я тебе и поверила.

— Я тебе правду говорю. Что ты хочешь от меня и от него? Чтобы он на ней женился?

— Вот уж нет. Вряд ли в третий раз у него это получится лучше, чем в предыдущие два. Просто пусть не водит её за нос!

— Он и не водит. — Антон добавил в голос мёда, правда, с мёдом было что-то не так, раз он отдавал откровенным сарказмом. — Милая, взрослые люди иногда просто спят друг с другом, ради удовольствия.

Я молчала дольше обычного, чтобы муж решил, будто я всерьёз призадумалась. Затем спросила:

— Думаешь, у нас со Стасом именно так было?

Теперь замолчал Антон, после чего рявкнул:

— Даже думать об этом не хочу, — и трубку всё-таки бросил.

Я губы поджала, неизвестно от кого скрывая саркастическую усмешку, сунула телефон в сумку и вернулась к чашке с остывшим чаем."

"А вот под конец рабочего дня меня ждал сюрприз.