Зефир в шоколаде

Глупо, конечно, но ему это определённо удовольствие доставляло. А мой взгляд порой останавливался на наших сомкнутых руках, резко контрастирующих друг с другом по цвету, но при этом Антон крепко сжимал мои пальцы, и это давало мне чувство покоя и уверенности. Всё-таки удивительная штука жизнь. В детстве меня дразнили Мальвиной, и я всегда ждала, что в моей жизни появится Пьеро. Антон на Пьеро не был похож ничем.

Зато в школе я за последние пару недель стала у детей героиней. Хотя, это я говорю «героиня», но что-то мне подсказывало, что их истории обо мне куда более неприличны и захватывающи, чем я вообще могу предположить.

Антон не каждый день, но пару раз в неделю обязательно заезжал за мной после уроков, порой и в школу заходил, распахивал двери учительской и моего кабинета с таким видом, будто имел на это право. Его провожали любопытными взглядами, а во дворе школы, где он оставлял свою машину (правильнее сказать машины, менял их, как я перчатки зимой), неизменно собиралась толпа мальчишек, разглядывая его автомобили и его самого горящими глазами. Девчонки не отставали, шептались, правда, преимущественно за моей спиной, а вслед Антону больше вздыхали и хихикали. Он внимания не обращал, но их пыл это нисколько не остужало. Я его ругала, просила в школу не заходить, намекала на пересуды за моей спиной, но доказать ему, что дети могут формировать общественное мнение, даже среди собственных педагогов, было невозможно. Антон лишь отмахивался и повторял своё коронное:

— Дети.

Не обращай внимания.

Он мне, учителю, это говорил. Оставалось лишь последовать его совету и внимания не обращать, но уже на него самого. И приходилось только удивиться тому, что за прошедшие недели я как-то незаметно для самой себя обзавелась, по выражению моих же учеников, официальным бойфрендом. Причём Антон на звание бойфренда внешне очень подходил, а вот я на роль его подружки… особенно, когда появлялась из школы в строгом костюме и с тяжёлой сумкой, забитой школьными тетрадями, не слишком.

А он меня встречал улыбкой, поднимал на лоб тёмные фирменные очки, и спешил мне навстречу, забрать у меня сумку. Если бы попробовал на крыльце школы лезть целоваться, я бы его этой сумкой и огрела, об этом обстоятельстве я его честно предупредила ещё тогда, когда на поцелуи он прав не имел, но всё равно лез. Что никого не удивляет, правда?

Этим вечером Антон познакомил меня со своими друзьями, по крайней мере, так мне их представил.