Ты бы видела, что он тут устроил!
Подруга кашляет и хрипит:
– Блин, я кофе подавилась. Что ты сказала?!
– Говорю, щен мой порезвился! Тапки сгрыз, одежду растащил, подушка ровным слоем по всей квартире…
– А ты, видать, тоже порезвилась? – весело перебивает подруга. – Где ты была ночью, раз не дома? А?
И тут до меня доходит, что я проболталась.
– А-м-м-м…
– Ясно, – хмыкает она. – Аскерова своего соблазнила?
– Кто кого ещё соблазнил? – ворчу я, но губы непослушно расплываются в улыбке. Не выдержав, пищу: – Мика, он такой классный!
– Рада за тебя, – ласково говорит она и спрашивает: – А что с работой?
– Уволюсь сегодня, – сообщаю ей.
– Попробую в реабилитационный сходить до начала рабочего дня. А нет, так на дому снова буду принимать.
– А перевод?
– Не хочу огорчать Руслана… и тебя!
– А я при чём? – теряется она.
– Ой, не говори, что не запала на Марата, – тяну я и передразниваю её: – Приходите на мой День рождения!
– Он красавчик, конечно, – спокойно говорит она. – Но на меня так и не посмотрел.
К тому же я на вечеринке с таким мужчиной познакомилась… Полный отвал башки!
– Да? – я уже улыбаюсь, предвкушая историю. Мика всегда с парнями ознакомится особенно эпично. – И как вы встретились?
– Меня попросили спеть, – рассказывает она, – дали микрофон, и я что-то исполняю и танцую. И вдруг какой-то мужчина, похожий на телохранителя из фильма, кидается ко мне, будто собирается закрыть собой от пули. Мы падаем в праздничный торт, сбивая все семь коржей. Представь картину!
Я уже смеюсь в голос, представляя свою подругу в сливках.
А Мика продолжает:
– Оказывается, я подцепила каблуком шнур, и он захлестнулся петлёй на моей ноге. А мужчина оказался военным. Командир дивизии!
– Ого, – округляю глаза, а потом добавляю: – Конечно, это круче, чем чемпион по кикбоксингу. И что, познакомились?
– Нет, поругались! Я выставила ему счёт за торт, платье и аппаратуру.
Обе смеёмся. Ожидаемо!
А вот что меня ждёт сегодня, неизвестно.
Глава 39. (Не)моя заслуга и двойная радуга
Глава 39.
(Не)моя заслуга и двойная радуга
Позже, когда выхожу из реабилитационного центра, прямо по лужам бреду к лавочке. Практически падаю на неё и, не обращая внимания на моросящий дождик, смотрю на стремительно светлеющее небо.
Сердце бередит дикая смесь чувств. Я одновременно готова петь от счастья из-за Руслана, выть от обиды из-за очередного отказа в работе и дрожать от страха перед неизвестностью, что меня ждёт, но я улыбаюсь.
