В воздухе от них витал запах страха, и что-то мне подсказывало, что у части из всех обучающихся рыльце в пушку, причем в хорошем таком пушку. Оставалось только надеяться, что Тариан не выкинет половину академии после своей проверки. Даже страшно было представить сколько сил у ему потребуется, но водный маг силен до безумия, так что в нем уж я точно не сомневался. Он справится.
— Так, вы тут доделывайте, — Ди обвела нас взглядом, — а меня оранжерея ждет.
Она развернулась и пошла в нужном направлении, оставляя меня и Асирию наедине.
«Расскажи ей! — послышался голос Рахтара в голове. — Расскажи! Сколько ты будешь еще тянуть?! Чем дольше откладываешь, тем больнее ей потом будет это слушать и принимать тот факт, что ты был по уши влюблен в Алису!»
Я поддерживал мнение Рахтара, оставалось только набраться смелости, чтобы начать этот столь нелегкий разговор.
Наблюдая, как Асирия тонкой струйкой своей магии восстанавливает последнюю дыру, подошел ближе и, поймав ее за запястье, нежно потянул на себя.
— Что вы делаете, магистр? — хитро прищурилась Сия. — Пристаете? Да еще посреди белого дня?"
"В ответ я лишь улыбнулся и притянул ее к своему телу, зарываясь носом в мягкую россыпь шелковистых волос. Мне нужно было немного времени, совсем чуть-чуть, чтобы окунуться с головой в леденящую душу правду, пусть теперь она уже для меня и не столь важна, потому что сердце навсегда и бесповоротно принадлежит только одной девушке — моей истинной.
— Я бесконечно в тебя влюблен, — произнес, крепче прижимая к себе Асирию.
— И я люблю тебя, — послышалось в ответ, отчего мое сердце забилось чаще.
Не решаясь прервать этот разговор, я создал иллюзию вокруг нас, чтобы проходящим мимо было видно, что мы просто разговариваем в метре друг от друга, а не обнимаемся.
— Но так было не всегда…
— И я это понимаю, пожала плечом Сия, — не мог же ты любить ту, которую и не знал вовсе. А те, кто были в твоем сердце до меня… — Асирия замолчала, лишь сильнее сжимая в кулачках мой камзол, — это уже не столь важно, потому что их там больше нет и никогда не появится!
— Ты права, — поцеловал в висок любимую, вновь возвращаясь к ее волосам, — но все же об одной я хочу рассказать…
— Зачем, Салдер?
Мне не составило труда определить, как напряглась Асирия, как ей неприятен этот разговор, но я должен был это сделать.
Она узнает правду от меня, а не от кого-то другого.
Честно, даже представить не мог, что будет после произнесенного.
