Никогда бы не подумала, что любовь может быть настолько сильной. Точно была уверена, что ради него я готова на все. Он — моя жизнь. Мой свет, без которого я навсегда погружусь во тьму и никогда уже не смогу из нее выбраться.
Салдер скользнул губами к моей шее, чуть прикусил ключицу, переместился на грудь… еще ниже… тронул языком камушек в пупке и остановился на уровне самого интересного места.
Честно признаюсь, стало так стыдно, что не знала, куда деть глаза. Даже дернулась, чтобы выйти из душевой кабинки, но Ал не позволил, обхватив мои бедра и вынуждая немного отставить одну ногу в сторону.
— Что ты делаешь? — взволнованно прошептала я, наблюдая, как по черному дракону льются струи воды, а он приближается лицом к развилке между моих ног.
Отвечать магистр не стал, видимо, решая продемонстрировать наглядно свою задумку.
Первое прикосновение языка вырвало всхлип из моей груди. Ал ласкал меня ртом, посасывая и доводя до безумия. От столь сильного и яркого удовольствия, я оперлась ладонью о стену, чтобы не рухнуть на пол, потому что ноги задрожали.
Прикрыла глаза, теряя рассудок от его натиска. Между ног все полыхало, в то время как язык моего истинного беспощадно двигался, задевая самые чувствительные точки.
Учащенно дыша и кусая губы, чтобы не стонать, свободной рукой зарылась в мокрые волосы боевика и чуть сжала их, слыша его рык.
— Ал… м-м-м… подожди… — всхлипнула я, умирая от слишком бурного потока наслаждения, который накрывал с головой.
— Не хочу ждать… — было мне ответом.
Салдер выпрямился, крутанул меня к себе спиной и положив ладонь на поясницу, заставляя оттопырить попку…
Задыхаясь от желания, уперлась руками в стену и сама подалась назад, чувствуя резкое проникновение.
Мой стон… его учащенное дыхание…
Вода струилась по нашим телам, приглушая шлепки влажных тел.
Ал прижался к моей спине, прикусывая метку, и я взорвалась, протяжно застонав.
Пара толчков, и Салдер последовал за мной, крепко прижимая к себе мое обмякшее тело…
* * *Камери
Стояла у родового склепа, держа в руках небольшую урну.
В голове крутилась только одна мысль — как она могла предать огню тело отца даже не дав мне с ним попрощаться? На глазах выступили слезы, но я не давала им скатиться по щекам, тем самым показывая хоть кому-то свои эмоции и удушающие терзания.
Сегодня утром меня выпустили из лекарского крыла, и я поспешила отпроситься у ректора на похороны, который беспрекословно меня отпустил.
Я торопилась домой.
