Зельеварка

– Сейчас в малую столовую накрою быстренько! – Только оборки мелькнули.

А у меня еще целая горка не распакованных подарков в будуаре! Что за удачный день, сплошные приятности!

Глава 26. Множитель Коренхайма.

Третий день я находилась на Карамайне. И Собрин со мной, ясное дело.

Военные приволокли сюда грузовым порталом несколько модульных домиков, и лаборатория была оборудована ничуть не хуже, чем моя во флигеле."

"Вспомнив свой флигель, я расслабленно улыбнулась. Ох, и оторвалась я там после Травного рынка! Кенна замучилась ругаться и стала попросту приносить еду мне прямо в лабораторию.

А я сообразила, что мне совершенно не хватает там диванчика, где можно соснуть между процессами. Спать прямо за столом оказалось неудобно. Зато свою походную укладку заново собрала, и дополнила кое-чем.

Оравеза сразу перестала ворчать, получив крем от артрита, Кенна зелье от болезненный месячных, а лакей – мазь для своей сорванной спины. Оравеза тут же провозгласила, что новая супруга генерала самая дельная из всех четырех, и в голове у нее не ветер, а полезные знания.

Модистка с помощницами получили по тонику для лица, и за дело: одежда оказалась легкой, теплой, и потрясающе удобной.

Но лаборатория лабораторией, а готовить зелья оказалось на перевале некому. Военные целители пользовались готовыми, заранее укомплектованными наборами, или сами варили по необходимости стандартные зелья не выше второго-третьего уровня. У, косорукие неумехи!

Пришлось полдня наводить порядок на складе, все было перепутано и разбросано, а посуду после варки никто мыть не пробовал.

Когда я пригрозила, что заклинанием «Ловкий ершик» любопытным протру то место, где у них любопытство свербит, никто в лабораторный модуль больше не совался. Целители облегченно вздохнули, а узнав, что мои возможности ограничиваются только набором ингредиентов, расцвели, как майские ландыши.

– Вот, только что получили, – вестовой бухнул передо мной коробку с разноцветными, рассортированными по цвету горошинами.

 – Конфеты, что ли? Нужно сто флаконов болеутоляющего… на вот, возьми, сама разберешь, что тут мур Лумкан накарябал.

Почерк у начальника походного госпиталя был профессионально нечитаемый. Я развернула записку и пробежала глазами.

– Не сто, а сто двадцать, эх, ты! – я щелкнула парня в лоб.

– Разве это двойка? Там крючки, а не буквы, мури Венди! – попытался оправдаться парень.