Зельеварка

Это бедро генерала? Плевать, и без ног живут!

– Халат! – студентка с целительского моментально накинула на меня халат. Явно не дипломница, курс первый, судя по юному личику. Поэтому ее тут и оставили.

Щелкнули замочки моей укладки.

– Мур Баррис, глотните! – подсовываю мензурку целителю и прижимаю к губам. Руки у него заняты, он жадно сглотнул микстуру. Видно, жажда давно его мучила. Стимулятор его взбодрит.

– Мур Винер! – Едва целитель оборачивается, всовываю ему пастилку в рот. Он хочет возмутиться, но пастилка мгновенно растворяется, оставляя легки ментоловый аромат.

А состав там, как у моего «Недреманного ока». Бодрый целитель – хорошо залатанный пациент.

– Мури Гвендолин Блейз, – невозмутимо говорит Циклер. – Если вас не затруднит, промокните мне лоб.

– Венди, для скорости, мур Циклер.

Освежающая салфетка пробегает по лбу и вискам хирурга."

"– Он потерял слишком много крови, – на секунду глаза Циклера встречаются с моими. Глаза у него спокойные и даже равнодушные. – А у нас нечего лить, чтоб восполнить объем.

– Сейчас намешаю аналог! Теплой кипяченой воды мне! Сколько надо?

– Чем больше, тем лучше, но для начала литра два, – Циклер не верит в торжество науки? Убедим делом!

За дверями модуля полно народу, кто-то сразу несет воду, кто-то кипятит, кто-то остужает. Тут сейчас цвет армии, каждый второй – неслабый маг.

– Вот, мури, – губы у студентки трясутся. Она протягивает самую обычную кастрюлю с теплой водой.

– Вы умничка, мури! – быстро обеззаразила посудину и жидкость универсальным пассом.

Выбираю красную, белую, черную горошину. Коротким пассом активирую плетения, горошины распускаются, и кастрюля становится полна крови. Синтетической, универсальной. Это Марк без меня придумал, его уже к награде представили, и звание обещали присвоить. Через край кастрюли плещется, практикантка закатывает глаза и падает.

– Первая пошла, – равнодушно отозвался Баррис, и слегка отодвинул ее носком сапога.

– Венди?! – радостно ахает Циклер. – Давай сюда!

Трубки втыкаются в сосуды генерала, красная жидкость начинает вливаться в измученное тело.

– Сердце, – скупо роняет Винер.

– Усилить, замедлить, остановить, насытить кислородом?

– Вы это можете? – брови Винера лезут на лоб.

– И не только это!

– Аритмия, – сообщил Винер. – Давление падает.

Достаю флакон кардиотоника и капаю жидкость на губы генерала. Он хрипит и внезапно выгибается. Снова обмякает. Уверенный ритмичный стук меня радует.

– Как вы это сделали? – Винер в шоке.