Онлайн-библиотека книг
– Но я невиновна! Проверьте меня кристаллом правды! Я не убивала мужа!
– Я верю. Я ваш друг и помогу вам. – Проникновенно сказал канцлер. – А вы помогите мне. У вас же дар! Вы магистр! Вы помогали отцу в лаборатории!
– Но всего лишь помогала ему резать сырье, взвешивать ингредиенты. Я была влюблена в одного огневика, витала в облаках, – покраснела я.
– Прекрасно, значит, знаете, что вам может понадобиться! – обрадовался канцлер. – Вам предоставят помещение для отдыха и лабораторию для работы. Все ваши пожелания будут исполнены.
– Хорошо, я согласна, – выдавила я. Какой бездарный шантаж!
– Светоч зельеварной мысли! – Канцлер любовно погладил ларчик с пилюлей. – Подумать только, пилюля, исцеляющая все болезни подстегивающая регенерацию, возвращающая молодость!
– Папа говорил только, что она очищает организм, – неуверенно «припомнила» я. – Она мне будет нужна для исследований! Я растолку ее и…
– Уничтожить творение великого мастера? Ни за что! На что вам ваша магия?
– Но мне нежен образец! Но вы же не собираетесь пилюлю принять? Папа готовил ее для короля, чтоб поднести в дар от гильдии зельеваров…
Канцлер отошел к столику, налил в хрустальный бокал невероятной красоты воды, открыл ларчик, вдохнул аромат снадобья и проглотил пилюлю.
– Ах! – я сжала руки перед грудью.
– Интересно, как быстро разовьется эффект? – канцлер полюбовался своим отражением в зеркале шкафа и вернулся за стол.
В течение восьми-двенадцати часов. Порошок листьев сенны действует так. Поэтому его принимают на ночь. Слабительное было в желатиновой капсуле, которую я без труда открыла, высыпав содержимое. Капелька пудры, капля воды и немного магии. Пилюли нас учили катать еще на первом курсе. Тем более, что папино средство никто в глаза не видел и не знает, какого оно цвета и запаха. Саму чудодейственную пилюлю я положила в опустевшую капсулу от слабительного. На вид она ничем не отличалась от остальных.
– Пишите! Список ингредиентов, – канцлер достал лист восхитительной плотной бумаги из бювара и вручил золотое перо. – Завтра я на утренней аудиенции у его величества сообщу, что в вашем деле много неясного и пока вы поживете под надзором у меня. Но если он станет требовать ареста, вас сможет спасти только ваша память. В глазах короля польза должна перевесить зло.
Я покорно вздохнула, утерла несуществующую слезинку и начала писать.
