Зелёная долина

Прошло всего несколько часов, как он встретил Синегу, но мысли об орчанке не покидали его ни на минуту. При этом Антон прекрасно осознавал, что она старше него, что она другого менталитета, можно сказать, другого мира. Но, как оказалось, это не имело теперь никакого значения, если взгляд его не отрывался от высокой стройной фигурки и искал её среди других постоянно. Не видел он в ней старшую женщину, а видел ровесницу соблазнительную и желанную. Антон вынужден был признать, что ни одна девица до этого так не привлекала его внимание и так не возбуждала интереса и желания.

А, что же будет дальше?! И всё же жениться сейчас он не хотел: ещё бы лет пять-десять свободы. Но… «Чёрти что!» – уже в который раз ругнулся про себя Антон на всю эту ситуацию.

Напряжённое молчание на площадке было прервано появлением Андрея:

– Ну, вот что, петухи неощипанные, – обратился он к обоим. – Быстро расходимся и хорошо думаем над своим поведением. Каждый! После ужина встретимся на переговорах, и вы будете уже спокойны и рассудительны.

А ты, Синега, найди леди Валерию и поговори с ней. Леди предлагает тебе работу и, кстати, твой отец одобрил её просьбу, – подчеркнул он, хотя Синега и сама слышала ответ отца. – Ну?! – требовательно вопросил Андрей, видя, что спорщики остаются на месте.

Андрей сознательно вёл себя сейчас не как представитель короля, а как рассерженный родитель, чтобы избежать даже малейшего намёка на срыв договорённостей.

– Мы договорились, Улазаш. Пусть ваш каган обеспечит место поединка.

Там всё и решится, – высказался Антон и, не оборачиваясь, ушёл в замок.

Синега и Улазаш молча покинули площадку вслед за ним, но разошлись в разные стороны: Синега – в замок, Улазаш – к шатрам орков.

Андрей и Мария остались одни. «Всё в порядке, Андрюш?» – спросила Мария мужа.

– Вроде бы, – ответил тот. – Если не считать, что каган, кажется, проявил серьёзный интерес к Валерии. Жалко будет девчонку, если поддастся.

– Не думаю, – усомнилась Мария. – Ялика её представляла, как серьёзную женщину.

Да и я не вижу в ней корысти и зла. Очень чистые, светлые мысли. Пойдём, – позвала она мужа. – Надо до вечера успеть переговорить с Лерой и предупредить о кагане. А ты поговори с каганом и намекни, что у нас не принято открыто соблазнять замужнюю женщину. – Ох, не нравится мне этот поединок и это ускорение свадьбы, – перешла она к другой теме, жалея младшего сына. – А я прослежу, чтобы Оливия в эти дни не попалась оркам на глаза.