Зелёная долина

Рейчел с самого начала склонила голову и теперь боялась её поднять. Все эти люди будут смотреть на неё с осуждением, и девушка не могла больше сдерживать слёз. Она не хотела участвовать в делах госпожи, но не могла отказаться, так как жила полностью за её счёт. Она склонялась ниже и ниже, пытаясь стать совсем незаметной. Но вот её обняли тёплые руки и Грег, поцеловав её в висок, прошептал на ухо: «Всё нормально. Ты остаёшься со мной и больше не зависишь от этой теры». Девушка благодарно взглянула на мужчину и прижалась к его плечу.

Дознаватель посмотрел на часы и объявил: «Все свободны. Если следствию потребуется, вы будете вызваны в департамент дополнительно. Тера Кэтрин, прошу в мобиль».

Дознаватель, арестованная и полицейские покинули поместье. Но нервная суматоха в нём продолжалась. А Мария все вопросы решила отложить на завтра.

– Тер Валлон Йоркен, прибыл в департамент по поводу моей матери Кэтрин Йоркен.

Молодой человек выжидающе застыл у дверей кабинета.

– Проходите, садитесь, – пригласил дознаватель.

 – Скажите, тер Йоркен, когда вы узнали, что тера Кэтрин ваша мать?

– В пятнадцать лет. Но и до того матушка часто приезжала к Йоркенам. Я думал, что это моя тётя.

– Кем приходилась семья Йоркен вашей матери?

– Они были дальними родственниками её мужа. Матушка рассказывала потом, что выбрала эту семью, чтобы я имел одно с ней родовое имя.

– Что вам известно о планах вашей матери?

– Пожалуй, ничего. Кроме того, что она собиралась договориться о чём-то с главой рода Гимметвин.

– Тогда, как вы объясните свой заказ теру Малчу на поиск клада в «Зелёной долине?

Мужчина молчал. Долго. Он склонил голову и твёрдо сжал губы, всем видом показывая нежелание отвечать. Дознаватель не торопил его. Он уже понимал, всё в этой истории непросто. Наконец, тер Валлон пришёл к какому-то решению, поднял голову и начал говорить.

– Мать всегда утверждала, что я истинный Гимметвин. И, когда у членов этого рода были какие-то успехи, о них писали газеты и сообщали родовые хроники, она завидовала и жаловалась на судьбу, считая, что нас обделили.

Я, как-то ещё юношей, спросил у неё, почему бы нам не пойти к деду, который тогда был главой рода. Но она даже слушать об этом не хотела. Дед обидел её тем, что отдал замуж за Йоркена без её согласия. С того времени они не разговаривали. А когда, после смерти деда, главой выбрали Андариана – сына её двоюродной сестры, мать совсем с ума сошла.