«Мельницей» – это как в вестернах, когда левой ладонью курок взводится, правой на спуск нажимается, а все вместе как из пулемета выходит. Бах-бах-бах – и злодеи, раскинув ноги, в пыли перед салуном валяются, и шляпы раскатились. Потом тишина – и снова музыка. Это обычно в начале кино случается, когда надо показать, какой крутой новый парень приехал в город. Он приехал, а на него наехали – и, как всегда, неудачно.
– Привет, Джо! – поприветствовал мужика Немцов.
– Привет, капитан. Как поживаешь? – откликнулся владелец крутого «кольта».
– Неплохо. Как ты? Есть кое-что для тебя.
К моему удивлению, Немцов говорил по-английски очень чисто, что для наших военных нехарактерно. Наш народ знанием языков редко блещет, чего уж скрывать.
– Я в порядке, спасибо, – завершил поток дежурных любезностей Джо и перешел к делу: – Что у тебя есть?
– Парочка «маттов» и два «ивеко».
– Все здесь? – спросил мужик, указав в сторону стоянки.
– Именно, – подтвердил Немцов.
– Повоевали? – уточнил Джо.
– Не без того. В Углу, как обычно. Ну так что, посмотришь машины?
– Без проблем, – кивнул мужик. – Сейчас и займусь. Скажи своим ребятам, чтобы пропустили.
– Я их предупредил, – ответил Немцов. – Когда приходить?
– С утра, наверное, – ответил тот. – Осмотрю, оценю.
– О’кей, увидимся, – попрощался Немцов.
Мы пожали Джо руку и вышли из его пристройки."
"– Джо мужик порядочный, – сказал капитан, когда мы уже шагали дальше. – Служил в морской пехоте, дослужился до ганнери-сержанта, потом как-то сюда занесло.
Давно с ним дело имеем. Мастерская тоже ему принадлежит, починить могут вообще что угодно. Не смогут починить – смогут переделать. Сейчас в отель заселимся – потом навестим Сэма, который оружейник.
Отель тоже был в лучших традициях. Стиль «вестерн» соблюден до мелочей, разве что вместо киношного клерка в очках и жилете за стойкой стояла румяная толстуха лет тридцати, в майке баскетбольной команды «Los Angeles Lakers» такого размера, что даже на ее безразмерных телесах висела свободно.
– Привет, – обратился я к этой представительной даме. – Нам надо три одиночных номера на две ночи.
– Никаких проблем, – ответила она. – Десятка за ночь, завтрак включен плюс налог, значит… вы уже должны мне семьдесят два экю.
– О’кей, – согласились мы со столь решительно выдвинутыми условиями.
Заплатили за две ночи вперед, и толстуха выдала нам ключи на бронзовых брелоках с витиевато выдавленными цифрами.
