Земля Сияющей Власти

Втайне Арчеладзе надеялся, что где-нибудь возле колючей проволоки их поджидает эта женщина – Дара, обещавшая встретить на обратном пути, потому, когда вышли к зоне, он сам прошел вдоль нее, но никого не обнаружил. Так что рассчитывать приходилось только на свои силы. Проскочить через нейтралку без пленных не составляло труда, но археологов не заставишь ползать, прыгать и, если надо, не дышать, обратившись в камень под лучом прожектора. А отчужденная ООН полоса в этом месте была довольно широка, более полукилометра, и представляла собой долину с лоскутьями давно запущенной пашни.

Долго торчать возле проволоки становилось опасно, в любой момент могли выслать разведывательный патруль вдоль зоны, и тогда остается прорываться с боем, что вообще было неприемлемо. Археологи должны исчезнуть бесследно; всякое неосторожное движение в районе зоны, в том числе отвлекающий маневр, который позволил бы под шумок перебраться на сербскую территорию, могло указать направление поиска.

Кутасов с одним бойцом ушел в разведку, остальные спешно делали проходы в заграждении и минном поле, чтобы без промедления уйти в зону.

С минами было проще: их обезвреживали, затем снимали и уносили с собой как трофеи. Никому в голову не придет проверять их количество. Больше хлопот со спиралями колючей проволоки, уложенной на земле ровными рядами. Ее следовало осторожно нанизать на телескопическое удилище, после чего бережно, чтобы не перепутались и не перехлестнулись кольца, поднять над землей на полметра и так же потом опустить на место. Ювелирная эта работа требовала крепких мышц и много времени, к тому же одно дело – пропустить под проволокой пару бойцов и совсем другое – двадцать человек, которые животами, локтями и коленями набьют целую дорогу. Поэтому делалось сразу несколько проходов. На сей раз успели подготовить только два, как заметили приближающийся белый бронетранспортер. Арчеладзе приказал прекратить работы, но тут заработала радиостанция.

– Гриф, я подхожу к вам на французском БТРе, – сообщил Кутасов.

– Могу взять всех на борт и покатать.

Полковник не любил, когда «каскадер» начинал выдрючиваться и кичиться своей ловкостью, но тут готов был расцеловать.

– Машину чисто взял? – сдерживаясь, спросил он.

– Да, вместе с командой из четырех человек. Ребята послушные, не шалят, только по-русски не говорят. Но мы друг друга хорошо понимаем. Входите в зону, а я немного еще покатаюсь. Все-таки служба в усиленном режиме.