Земля Сияющей Власти

– Он поедет в Президио! – с внутренней холодной яростью повторил Стратиг. – Или – навечно останется… Блаженным Странником, как Василий Московский. И пусть бросает камни в окна темных изгоев.

– Мамонт не знает Нового Света, – спокойно вымолвила Валькирия. – Он много еще чего не знает… И отсылать его в Президио, не посвящая, без хлеба и соли – обречь на гибель. Вскоре найдут со струной на шее.

– Пришли к нему Авегу, пусть даст ему меру соли и… краюшку хлеба. А я окружу его надежными Дарами.

– Для тебя он всего лишь резерв…

– Нет!.

. Я знаю, он продлит твой род. Потому ты стараешься сберечь его. Но будучи Блаженным Странником, он все равно останется… избранным.

– Это не утешение! Запомни, Стратиг: я всегда буду против, чтобы Мамонт поехал в Президио. И не говори мне, что это против всякой логики.

– Мне нужен в Президио Страга с качествами Мамонта! Он неплохо справился с уроком, когда искал в Москве золотой запас России.

Валькирия отошла от очага к маленькому окну, сквозь которое пробивался зимний рассвет.

Протаяла пальцами лед на стекле и стала смотреть на улицу. Участковый тем часом спокойно похрапывал, развалившись на лавке.

– Скажи, чего ты хочешь? – не выдержал Стратиг.

– Ты уже слышал: отправить Мамонта на Балканы.

– Нереально, – сразу же отозвался он. – Страгой Запада может быть лишь Вещий Гой, как Зелва.

– Да, это так, – невозмутимо проговорила она. – И потому надлежит отправить Мамонта не к Авеге, а за солью Знаний, к Весте. Сегодня же.

Он сделал паузу, скосил глаза на спящего участкового и вдруг начал сгибать ноги.

Ломал их, как ломают несгибаемые деревья, гнул, чтобы поставить себя на колени перед Валькирией.

Поставил с великими трудами, опустил руки и свой пронзительно-яростный взор.

– Дева! Позволь и мне хотя бы прикоснуться к соли Знаний."

"Она обернулась, и стало видно, как от дыхания ее растаял весь лед на стекле и в очистившемся окне проглядывали заиндевевшие высокие сосны.

– Это невозможно, Стратиг!

– Почему? Потому что ты… Потому что я не избран тобою?

– Да.

– Но я всю жизнь… люблю тебя. А ты избрала когда-то темного изгоя. – Он снова скосил взгляд на спящего участкового.

– Я повиновалась своему сердцу.

– Сердцу, но не року!

– Сердце Валькирии – это рок. А я не властна над ним. – Она положила на лавку свесившуюся руку мужа, поправила волосы, сбившиеся на лоб. – И не смей называть моего избранника изгоем!

– Прости, Дева…

Она чуть смягчилась.

– Встань, Стратиг. Мы пришли сюда решить судьбу Мамонта, а не твою.