Мамонт густо смазал обмороженные и распухшие пальцы медвежьим жиром, намотал портянки и, пересиливая боль, загнал ноги в сапоги. Пока спутница не проснулась, следовало сходить и поискать спички: в мерзлом снегу они не могли размокнуть. Однако едва он сунулся в лаз, как Инга окликнула громким, шипящим шепотом – потеряла голос.
– Мамонт? Мамонт!.. Где я?
– Ничего не бойся. – Он потрогал ее лицо. – Я сейчас пойду искать спички. Потом разведу костер и приму роды.
– Какие роды?
Она заспала все, что было вчера, и это разгрузило ее психику.
Сейчас ей можно было рассказывать сказки…
– Тебя проглотил медведь. И когда у нас появится огонь, я достану тебя из брюха. Помнишь сказку про Красную Шапочку?..
– Нет, правда, где я? Наконец я согрелась, первый раз, даже тела не чувствую… Только ноги ноют.
– Говорю же, в медвежьем брюхе.
– Зачем ты обманываешь?.. Я уже не верю в сказки.
– А жаль… В таком случае, лежи и не шевелись. Береги тепло, скоро его не будет.
Он выбрался наружу и несколько минут не мог смотреть – резало глаза от сверкающего солнца и зернистого снега.
Мороз давил градусов под тридцать, заиндевевшие деревья стояли неподвижно, будто соляные разводья в Зале Мертвых. Мамонт прошел своим старым следом к куче дров, первым делом поднял и отряхнул от снега волчий треух, натянул его на голову, затем взял топор и принялся разгребать лезвием снег. Рыл почти до земли, медленно продвигаясь по пути своего безумного вчерашнего движения к призрачному старцу. Если бы успел чиркнуть спичкой, запалить заготовленную бересту, не было бы видения.
Живой огонь в один миг вернул бы разум из-за роковой черты, где начинается бесконтрольная игра воображения… И все-таки, откуда на Урале взялся еще один снежный человек? Ведь давно уже, от самого водораздела, гонится он по его следам, проявляя то ли простое любопытство к себе подобному существу, то ли преследуя Мамонта с определенными целями. Неужели хранители «сокровищ Вар-Вар» свели с ума и превратили в говорящую обезьяну не одного только Зямщица?.."
"Мамонт вскопал длинную гряду снега чуть ли не до следов снежного человека и ничего не нашел.
Он точно определил, где стоял, когда окликнула Инга, и как потом пошел к пригрезившемуся Атенону, и в каком месте примерно выпустил из руки коробок, однако снег на этом вероятном пути движения оказался пуст. Возвращаясь назад, к дровам, он внезапно увидел спичку, воткнувшуюся в снег вверх серной головкой! Она оказалась с правой стороны, значит, коробок должен лежать где-то слева.
