Землянин

А разве ты не из-за этого потребовала, чтобы у нас тут все было раздельным — и душ, и кухня?

Похоже, что не из-за этого, но Страшила Трис не стала ему ничего говорить. Только молча развернула свое кресло и кивнула ему на второе, установленное в рубке только что, во время ремонта.

— Садись, через семь минут вылет.

От станции они отстыковались ровно через семь минут. План полета Страшила ему не скинула, но все равно до Мусорных полей пилить было не менее двух суток, так что Ник решил сначала просто помалкивать и делать все, что ему велят.

Полет прошел спокойно. Ник почти безвылазно торчал в пилотском кресле, хотя корабль большую часть времени вел автопилот, а все маневры производила сама Страшила, появляясь в рубке только на те пятнадцать минут, в течение которых их надо было подготовить и провести. Но та заявила, что не собирается подтверждать пилотский ценз «придуркам, способным исполнять на корабле только роль груза, отлеживавшего себе бока в каюте». Так что ему пришлось исполнять роль груза, мозолящего свою задницу в пилотском кресле, убивая время очередным просмотром базы по кораблям, которые могли встретиться им в Мусорных полях.

Но, как бы там ни было, свои положенные восемь часов сна в сутки он получил и часть из них тратил на разминки и тренировки действий в невесомости. Это было несложно, так как двигались они по сложноэллиптической траектории, то есть участки без тяги были достаточно протяженными, а система искусственной гравитации бота позволяла осуществлять местное отключение.

Страшила Трис окончательно устроилась в своем кресле, когда до входа в Мусорное поле, к которому они приближались, «Паучку» оставалось уже где-то полчаса. Покосившись на Ника, который продолжал копаться в корабельных базах, она ухмыльнулась и спросила:

— Чем занимаешься, партнер?

— Да так, — отозвался Ник, — пытаюсь разобраться в том металлоломе, в котором нам предстоит копаться.

— И как, разобрался?

— Нет, — мотнул головой Ник, выходя из Сети, — пока в голове сумбур и каша.

И много вопросов.

— И какие же? — похоже, больше из вежливости поинтересовалась Страшила.

— Ну, например, как это так случилось, что у лузитанцев сейчас на вооружении девятое поколение, а здесь у нас обломки ихнего восьмого?

Страшила некоторое время молчала, а затем нехотя спросила:

— И что тебя удивляет?

— Но ведь у других встречаются и пятое, и шестое, и седьмое? А у лузитанцев — только восьмое. Притом, что с момента битвы прошло почти семьдесят лет.