Землянин

— Человек может все, — тихо рассказывал старик Нику, лежа вечером у костра. — Все, что угодно. Все, что он осознал своей целью. Невозможного нет. Если ты не просто валяешься на пузе, пялясь в потолок и мечтая о чем-то, попутно убивая этим бездельем уйму отведенных тебе богами драгоценных минут, часов, дней, незаметно, но очень быстро складывающихся в потерянные месяцы и годы, а воспринял эти свои мечты как цель — значит, ты их достигнешь. Путь к цели очень легко разбить на отрезки, каждый из которых, взятый отдельно, является некой вполне себе достижимой задачей.

То есть, ее уже кто-то когда-то решил. Причем — в схожих с тобой условиях. Тебе же остается самое простое: взять это решение и повторить. И тем еще на один шаг приблизиться к цели."

"Коля же лежал рядом, пялясь в горящие высоко над головой пунктиры трасс и думая, что таки да, большую часть своей пока еще не очень долгой жизни он провел как раз за этим — лежал на пузе или спине, пялился в потолок, мечтал, слушал музыку, часами и сутками играл на компе.

Даже в универе большая часть его времени уходила отнюдь не на учебу, а на общение с друзьями, обсуждение спортивных матчей, ухлестывание за девчонками и все такое прочее. Та же учеба текла как-то мимо, сама собой, почти не напрягая и не задерживаясь в памяти. Только перед сессиями бывал некоторый всплеск, но весьма недолгий… Он и не задумывался ни о какой собственной цели и жил, как живется. И только здесь у него она, наконец, появилась — выжить! Именно она и помогает ему терпеть все издевательства старика, которые тот именует тренировками. Она, цель, а также то, что до встречи с Лакуной Коля успел очень хорошо почувствовать на своей собственной шкуре альтернативные варианты. Вот только «выжить» никак не тянуло на цель жизни. Для жизни надо бы выбрать что-нибудь иное. Впрочем, пока хватало и ее…

* * *Спустя неделю они вышли на охоту, на которой Коля убил двух крыс.

С трудом. Получив довольно болезненную рану на ноге и разодранную кожу на животе. Лакуна во время обоих схваток молча стоял за спиной ученика и не вмешивался. А когда закончилась вторая, буркнул:

— Ну, хоть что-то, — после чего развернулся и, бросил: — Хватай мясо и пошли. Будем учиться дальше.

После чего ад продолжился и даже заметно усугубился. Поскольку задания, которые придумывал старик, все более усложнялись.