Для всего живого наступил момент, когда решалось, продолжится ли вообще жизнь в этой части галактики. Долг звал нас.
Птица
В академии только и разговоров было, что о каком-то турнире, который проводился только среди тенорцев. Меня многие спрашивали, знаю ли я что-нибудь, всё же я была единственным человеком, проживающим в общежитии с тенорцами.
Я по большей части отмалчивалась, чем вызвала недовольство, которое очень чётко и зло сформулировала Миранда:"
"— Оказывается, ты теперь тоже смотришь на людей свысока, но помни, тебе никогда не стать теноркой, и даже если ты думаешь, что наследник тобой заинтересован, то всё это до того момента, как он женится на той тенорке, которая предназначена ему с детства.
И хотя я не стала вступать с ней в перепалку, но меня тоже посещали такие мысли. Я вспоминала наш единственный откровенный разговор с Кайрой, когда она рассказывала про свой контракт и про то, что у каждого высшего тенорца есть невеста, предназначенная ему с детства.
Но у меня не было возможности переговорить с Адрианом, а больше ни у кого об этом спрашивать не хотелось.
Адриан, да и все те, кто участвовал в боях, на занятия не ходили. Однажды я попыталась дождаться его в общем холле общежития, но пришедший Лоренс, ближайший друг Адриана, который, наверное, единственный не расстраивался, что он не успел меня «унюхать» до того, как я воспользовалась поглотителями запаха, в свойственной ему язвительной манере сообщил:
— О, Великая и единственная алетейя, если ты не соизволишь убрать свою симпатичную задницу в каюту, то двадцать несчастных парней не смогут отдохнуть и подготовиться к очередному раунду боёв за тебя, о, несравненная!
— Шут! — сказала я, но ушла.
Правда, показалось чуть позже, что возле моей двери кто-то стоял, но я не стала активировать визор, чтобы не открывать дверь, потому что не знала, смогу ли удержаться, если увижу там Адриана.
Почему-то он мне рисовался таким взъерошенным, усталым, потным, пахнущим гарью и пеплом.
И когда я думала об этом, то сердце начинало биться быстро-быстро, а голос моего «кораблика», с которым мы договорились о взаимопомощи, сообщал о превышении уровня определённого гормона.
Сегодня была последняя ночь боёв. Я даже написала Дмитрию, чтобы он мне перезвонил, хотелось с кем-нибудь всё обсудить, но кому я могла рассказать о своих переживаниях? Рине? Миранде? Девочкам я так и не рассказала ни про алетейю, ни про лунные бои.
