Экзамен был странный.
Надо было проложить навигационный маршрут и высадиться на планету. Мне прислали файл, который и содержал задание. Решать его надо было в симуляторе.
Сначала всё шло весьма стандартно, потом начали происходить какие-то нелогичные вещи. Например, при входе аппарата в атмосферу отключился автопилот. Хотя во всех учебниках было написано, что автопилоты отключаются в двух случаях: первый — когда никого живого не остаётся на борту корабля, и второй — когда идёт сближение с планетой при входе в атмосферу.
А у меня в задании отключился. Но я же военный летчик с Земли, с российской школой, я взяла управление на себя и посадила звездолёт.
И в конце ещё одна странность. На планете, куда я «высадилась», якобы не было разумной жизни, но я «познакомилась» с маленькой белочкой, вернее, со зверьком похожим на белочку. Поделилась с ней пайком, предварительно проведя анализ на совместимость продуктов.
Поскольку в симуляторе казалось, что я «прожила» на той планете несколько дней, то с белочкой я разговаривала и вообще общалась, потому что чувствовала себя одинокой и мне надо было с кем-то говорить.
Получив результаты экзаменов, ахнула. Моё общение с белочкой было принято как высший уровень интуиции при установлении контакта с негуманоидными расами.
В Вышке было правило: пока ты не подписал контракт на обучение, которое для сдавших экзамен было бесплатным, ты гражданское лицо. Как только поставил цифровую подпись — всё, назад пути нет. Никакие деньги не освободят тебя от обучения.
Можешь не являться, но тогда тебя ждёт военный трибунал по законам военного времени.
Именно поэтому Дмитрий и расстроился, когда я сказала, что уже подтвердила согласие на обучение.
Вспомнила напутственные слова.
— Используешь только это средство, после душа тоже, — Дмитрий передал мне целую «батарею» геля для душа и спрея. — Вот эти флаконы для походов. Когда кончится, напиши, пришлю.
Оказалось, что раса тенорцев очень чувствительна к запахам. Они чувствуют кто с кем и как.
А у меня ещё не было мужчины.
— И они это сразу поймут, Ална, — трагическим голосом произнёс Дмитрий.
Укоризненно посмотрел, как я улыбаюсь:
— Зря улыбаешься, они объявят соревнование, и пока кто-то из них не возьмёт тебя, не дадут проходу.
— Меня что, изнасилуют? — в ужасе воскликнула я, представив себе толпу здоровых тенорцев, набрасывающихся на маленькую и беззащитную меня.
— Нет конечно, — выдохнул Дмитрий, — всё только по добровольному согласию.
