Сначала, пока ещё работали приборы, на небольшом экране было видно, сколько осталось времени до отключения систем жизнеобеспечения, но потом сухой голос ИИ заявил, что все энергоресурсы направлены на поддержание посадочной функции и сохранение жизни экипажа.
Закрыла глаза, чтобы успокоиться, и начала считать. Математические вычисления всегда меня успокаивали. Через некоторое время при попытке перемножить два четырёхзначных числа я уснула.
Я шла по лесу, деревья были огромными, я таких и не видела никогда.
Будто я снова стала маленькой, и, как в детстве, всё казалось огромным. Пахло озоном как после дождя. Лесная тропинка привела меня к озеру. И я вспомнила, что именно такое озеро было в деревне у моей бабушки.
Мне тогда было около двенадцати, а моему другу, деревенскому мальчишке — одиннадцать. Меня родители оставили в деревне на всё лето, но из всех деревенских я подружилась только с ним, с Димкой. Мы с Димкой тогда нашли это озеро в лесу и считали, что это тайна, и никто о нём не знает, пока однажды не пришли и не увидели на берегу несколько палаток и туристов.
А через пару дней они там то ли что-то не затушили, то ли были нетрезвыми, а только в лесу начался пожар. Вот и сейчас я шла, и хотя пожара видно не было, мне было ужасно жарко, как будто он бушевал невидимый, и всё моё тело горело. А навстречу мне бежал Димка и махал руками:
— Алёнка, бежим!
Я проснулась, открыла глаза, надо мной сверкала стеклянная поверхность капсулы — затемнённая, и, судя по тому, что дышать было тяжело, космолёт находился в свободном падении.
Хоть и с трудом, но мне удалось задать вопрос:
— ИИ, статус?
У ИИ, видимо, тоже были проблемы с голосом, потому что ответ прозвучал незамедлительно, но было очень плохо слышно — шёл треск и помехи:
— Гравитационные системы корабля повреждены, экстренная эвакуация невозможна, соприкосновение с поверхностью планеты через сто восемьдесят секунд. Прогноз: двадцать три процента.
И я поняла, что жить мне осталось меньше трёх минут.
— Что можно сделать? — задала я вопрос, лихорадочно пытаясь вспомнить, как бы я решила такую проблему на Земле. И вдруг поняла, что если бы ИИ знал, что можно сделать, он бы сделал.
И тогда память подкинула мне сцену из какого-то земного фантастического фильма, где при пожаре отсек замуровывался чем-то вроде застывшей монтажной пены. Вспомнила, что и здесь была такая опция, называлась она «режим разгерметизации».
