Зеркальная страна

Удивительно, как я могла забыть про Мышку! Я позабыла все плохое, что случилось в этом доме, и ей пришлось приложить огромные усилия, чтобы заставить меня вспомнить. Нужно ей написать. Нам обязательно нужно встретиться, потому что я не знаю, чему теперь верить и что думать.

Наливаю еще водки. Самое подозрительное – то, как ведет себя Росс. Хотя я стараюсь игнорировать уколы ревности, возникающие при упоминании «убитого горем красавца-вдовца», рыдавшего на берегу моря, мне довольно сложно поверить, что это тот же самый мужчина, который провел в моей постели всю последнюю неделю, шепча мне на ухо всякие нежности и признания в любви.

Вероятно, вина или даже раскаяние бывают похожи на горе.

Отставляю водку в сторону. Толку от нее – ноль. «Я пытался утопить свои печали, но эти гады отлично плавают». Голова становится тяжелой, в теле появляется гибкость. Я встаю, держась за стол, чтобы не упасть.

«Бога ради, Кэтриона, почему ты такая никчемная?» Я вовсе не никчемная и не беспомощная! Целыми неделями я пыталась выглядеть как Эл, думать как Эл, быть как Эл, потому что не хотела быть сама собой.

С этим все ясно. Однако я боюсь не себя, вернувшейся в этот дом, а той себя, которая когда-то жила здесь. Той, которая боялась всего – падать, бегать, летать, смотреть правде в глаза.

И тогда я иду наверх, крепко держась за перила. На пороге Джунглей Какаду медлю: кто знает, когда вернется Росс… Распахиваю дверь в нашу старую детскую и внезапно обнаруживаю, что она совершенно изменилась. Ни деревянных жалюзи, ни обоев с тропическим лесом, ни золотистого покрывала.

Вместо старого дубового шкафа и туалетного столика здесь стоят антикварное бюро со стулом и белый платяной шкаф. Обои бежевого цвета, на полу – роскошный ковер. Это единственная комната во всем доме, которая изменилась до неузнаваемости.

Я подхожу к бюро и начинаю рыться в ящиках. Понятия не имею, что ищу, и натыкаюсь лишь на чистые блокноты и открытки, скрепки, конверты, десятки шариковых ручек.

Зря я столько выпила! Пол начинает вращаться, и я хватаюсь за столбик кровати, чтобы не упасть.

Сознание становится вязким, мысли текут медленно. Смотрю на двуспальную кровать, внезапно ослепленная слишком ярким образом Эл и Росса вместе. У прикроватного столика замечаю кожаный саквояж и с радостью отвлекаюсь на него. Вожусь с тугими пряжками. Внутри какие-то бумаги и толстая пластиковая папка. По всей длине корешка золотыми буквами напечатано «Саутваркский университет», сверху – сине-красный герб.