Зеркало для двоих

При этом лицо его оставалось абсолютно непроницаемым, и Юля даже подумала, что это подмигивание ей померещилось."

"— Давай, — она выпрямилась, словно сидела за партой. — Только давай уже с того момента, когда появляется Селезнев. Я этот фильм в кинотеатре смотрела. Минут десять мафиозные разборки будут идти без его участия.

Сергей посмотрел на нее с искренним веселым недоумением:

— Надо же! А что ж тебя на фильм с участием Селезнева понесло, если у тебя на него аллергия?

— Да какая там аллергия! — Юля вздохнула и снова взялась за чашечку.

Глаза опять начали слипаться, оставалась одна надежда на кофе. — Не нужно считать меня совсем уж глупой. Я, конечно, понимаю, что умный человек никогда не попал бы в такую историю, но так уж получилось… Я знаю, что Селезнев ни в чем не виноват, и отвращение к нему у меня выработалось скорее подсознательно. Знаешь, как у павловской собаки на лампочку, так и у меня на его фамилию… Слово «Селезнев» — это теперь верный признак того, что в моей жизни начнутся несчастья… А раньше я относилась к нему вполне нормально: красивый мужик, не в моем вкусе, правда, но красивый. И ни его самодовольного лица, ни его глуповатой ухмылки я не замечала… Как, в общем, и кошачьей грации… Ладно, давай смотреть.

Сергей нажал кнопочку на пульте, и на экране возникла комнатушка в деревенском доме. Девушка, по-городскому одетая в джинсы и пестрый джемпер, возилась у переносной электроплитки, а сам Селезнев сидел за столом, уронив лицо в ладони и пальцами ероша волосы.

В данный момент его тревожила судьба афганского друга, примкнувшего к некой мафиозной группировке. Сергей поставил свои локти на колени, опустил лицо и тоже принялся копошиться в волосах.

— Как, похоже? — спросил он у Юльки, не поднимая головы.

— Перестань паясничать. Ты же прекрасно знаешь, что речь шла совсем не об этом.

Он покорно выпрямился и перемотал кассету еще на несколько минут вперед. Теперь Селезнев уже бежал по какому-то лесу, раздвигая перед собой ветки руками, на поясе у него болтался длинный охотничий нож.

— Вот, смотри! — Юля даже привстала с кресла. — На самом деле есть что-то такое кошачье. Видишь, как он отклоняется от веток, летящих в лицо. Не всем корпусом, а как бы только частью тела, причем всего на секунду, и снова бежит прямо.

— Ну и что тут такого удивительного? Парень просто занимался боевыми искусствами, и больше ничего.