Зеркало для двоих

За ее спиной явно велась какая-то игра…

На улице сегодня было тепло и солнечно. Но впечатление от прогулки уже безнадежно испортилась. Юля еще немного послонялась туда-сюда по кирпичной дорожке, разглядывая окрестности и с мстительной радостью отмечая, что хозяин, наверное, все же не принадлежит к категории сильных мира сего, хотя и пытается производить такое впечатление. Иначе, в соответствии с его журнальными вкусами, вокруг дома обязательно должен был быть шикарный парк, а не эти три хилых, обглоданных зайцами деревца.

Но вскоре ей наскучило изощряться в беспомощном ехидстве. На прощание вежливо кивнув охраннику, она снова зашла в коттедж и собралась уже повесить куртку на плечики, когда в голову вдруг пришла интересная и своевременная мысль: «А что, если отсюда придется убегать второпях? Слишком уж странно ведет себя этот Алексей. Но тогда лучше, чтобы уличная одежда была рядом, в комнате. В стенном шкафу для нее места хватит». Юля свернула куртку, взяла сапоги в руку и направилась к лестнице.

— Девушка, — послышалось за спиной, — одежду, пожалуйста, оставьте в прихожей.

«Проснувшийся» охранник смотрел на нее равнодушно, как на существо неодушевленное. Она постаралась улыбнуться своей самой милой и доверчивой улыбкой:

— Но разве гостья не может позволить себе маленький каприз? Алексей говорил, что я могу чувствовать себя, как дома. Я гуляю, где хочу, пользуюсь бассейном…

— Это вы в бассейне собрались в сапогах плавать? — уточнил парень.

— Нет, но… Я почему-то не думала, что это так принципиально…

— Принципиально, — бесцветным голосом проговорил он. — Оставьте, пожалуйста, куртку и обувь в шкафу… Или вам помочь?

— Не надо, — быстро сказала Юлька, вернулась в прихожую и швырнула сапоги так, что закачалась полочка.

У себя в комнате она долго металась из угла в угол, как лисица в клетке. Зачем-то подходила к окну и смотрела на второго охранника.

Она абсолютно ничего не понимала, кроме, пожалуй, того, что всегда лучше бояться чего-то конкретного и известного. Примерно через час принесли обед, Юлька есть не стала, сразу же откатив сервировочный столик обратно к двери. Под ложечкой начинало сосать от голода, но она твердо решила не принимать никаких одолжений и любезностей от хозяина дома, пока не поговорит с ним начистоту.