Зеркало Лукреции Борджиа

За ближним к стойке столом сидел тот же, что и прошлый раз, мужчина в синем костюме. Он вел с буфетчицей оживленную беседу. Судя по ее разрумянившемуся лицу, между ними уже возникли теплые, доверительные отношения. За угловым столиком мужчина и женщина средних лет дружно пили коньяк и бурно обсуждали какую-то Ольгу Мышеловкину. В середине зала, сдвинув вместе два стола, оттягивалась группа разнокалиберных женщин, скорее всего, сотрудниц какой-то бухгалтерии.

– Ну что, театр как театр, – проговорил Бритва, – ничего страшного! Может, примем по сто грамм, раз уж пришли?

– Мы на деле! – одернул его Герыч.

– Сюда. – Людмила показала на дверь зимнего сада.

Оказавшись среди пальм и тропических цветов, бандиты оживились и почувствовали себя свободнее.

– А что, круто! – Бритва оглядывался по сторонам. – Помню, я с Анжелкой летал на Канары, так там похоже было: пальмы, цветы, бабочки порхают…

Договорить он не успел, поскольку из кустов донесся хриплый голос:

Бритва тут же выхватил пистолет и нырнул в кусты, Герыч попятился и спрятался за пальму, остальные бандиты испуганно вертели головами.

– Подстава! – шипел из кустов Бритва. – Это все она! Она нас сюда заманила!

– Да не бойтесь вы, мальчики! – проговорила Людмила. – Это всего лишь Каррерас!

– Кто такой? – донесся из-за пальмы голос Герыча. – Человек Павлика?

– Да нет, это попугай!

Как раз в это время огромный яркий попугай сел на ветку, пригладил клювом перья и проговорил:

– Каррерас хор-роший! Бр-раво! Бр-раво! Публика аплодир-рует! Ор-рехов Каррерасу!

– Правда попугай! – Из-за пальмы вышел смущенный Герыч.

Последним появился недоверчивый Бритва. Он посмотрел на попугая с отвращением и проговорил сквозь зубы:

– Твое счастье, что у меня времени нет, а то приготовил бы я тебя под ореховым соусом!

Инцидент с попугаем был исчерпан, и Людмила повела своих спутников в глубину сада, к вольеру с лягушками.

Наконец, пройдя между двумя большими пальмами, она увидела прудик и склонившееся над ним дерево с большими мясистыми листьями.

Вместо них из пруда выглядывала большая черепаха с темными, прикрытыми тяжелыми веками задумчивыми глазами и сморщенной старушечьей шеей.

– Странно… – проговорила Людмила. – Здесь раньше жили лягушки… где же они?

Черепаха, даже если что-то знала, ничего не ответила, а кроме нее, поблизости никого не было.