Онлайн-библиотека книг
Стало стыдно из-за своей непроизвольной реакции, и когда он вновь протянул руку, произнося заклинание, я уже не дергалась. И даже не вздрогнула, позволив убрать за ухо упавшую на лицо прядь. Ничего больше он себе не позволил, отошел и сел в кресло.
– Скажи, что заставило тебя выйти из комнаты? – сразу задал вопрос.
«Меня позвали стихии», – написала в ответ. Совет Темнейшего пришелся кстати, к тому же я немного тянула время, не представляя, с чего начать рассказ о встрече с темным.
Мне самой это объяснение говорило мало, а вот Харн задумался и понимающе кивнул головой.
– Понимаю. В детстве бывает, что и во сне ходят или после потрясений. Ты чуть не выгорела… во дворце повышенный магический фон…
О да, Харну такой ответ был понятен и удивления не вызвал. К моему облегчению, следующий вопрос был о встрече с его братом, и я стала отвечать. Старалась как можно более кратко передать события: повел тайным ходом, запер, ушел, Гая сняла защиту с комнаты, мне удалось выйти, и бродила в темноте.
Писать было неудобно. Рукава в халате были длинноваты, и кружева только мешали, одеяло норовило сползти, открывая глубокий вырез на груди. Я вся измучилась, смущаясь. Раньше присутствие Харна я воспринимала спокойнее. Может, свою роль сыграла женская одежда на мне или его нахождение в спальне. Поневоле лезли в голову мысли о том, что это за гранью допустимого, и я чувствовала себя скованно и неловко.
– Лоран, может, принести тебе мой халат? – неожиданно предложил Харн, от которого не укрылись мои мучения. Еще бы не заметить, когда я в очередной раз натянула чуть не до носа одеяло.
С облегчением закивала головой. Он вышел, а я растянулась на кровати, зарывшись в одеяло. Стоило признать, что в мужской одежде мне намного спокойнее.
Казалось, лишь на мгновение устало прикрыла глаза в ожидании опекуна – и почти сразу провалилась в сон без сновидений.
Глава 16
– Не понимаю, в чем меня обвиняют? – Принц Гредиан развалился в кресле, с вызовом глядя поочередно то на отца, то на Главу Тайной канцелярии.
«Пошутил?!» – Лорд Хэйдес с трудом удержал невозмутимое выражение лица, но стиснул зубы с такой силой, что они заскрипели. Только он знал, что пережила девочка, запертая в темноте. Весь ее ужас и страх. То, что она не сломала себе шею, падая с лестницы, иначе чем чудом не назовешь.
