Жар огня

Много еще с рефератом?

Посмотрев в сторону письменного стола, я вздохнула. Возвращаться к книгам, содержащим перечень порождений тьмы, совсем не хотелось, да я почти и закончила. Сделала неопределенный жест рукой и… опять икнула. Харн заботливо долил мне чаю. Ну вот как на него обижаться?!

Оценив отсутствие рабочего энтузиазма, опекун решил:

– Собирайся, потом закончишь. Хочешь, покажу тебе зимний сад? Прогуляемся, а то обед скоро.

Обед?! Не думала, что нужно будет присутствовать. Мне кажется, я уже и кусочка проглотить не смогу.

Нехотя встала, с сожалением окинув взглядом наш стол.

– Если желаешь, я прикажу, чтобы упаковали?

О да! Вот бы угостить Гасса и Джудаса. Я утвердительно кивнула, думая о брейдах.

– Только одна не ешь, повторим вместе. Обещаешь?

Я невинно улыбнулась, кивнув, мысленно уже придумав, как обойти обещание. Ведь если я отдам их брейдам, а сама есть не буду, то это же не считается? И вообще, у него тренировки, о нем же забочусь!

Пряча улыбку, отвернулась и неожиданно была поймана за руку.

Харн развернул меня и дернул на себя. Я только успела выставить руку, упершись ему в грудь и сохраняя хоть какую-то дистанцию. Отпустив, опекун взял в ладони мое лицо, пристально вглядываясь.

– Лоран, у тебя такое хитрое выражение лица. Признавайся, что задумала?

«Я?!» – сделала невинные глаза, но не удержалась от улыбки.

– Не верю, – сообщил он, – но не важно. Улыбайся почаще.

Неожиданно он наклонился и поцеловал меня в кончик носа. Все случилось быстро и неожиданно, но за те мгновения, когда он склонялся ко мне, сердце ухнуло вниз, а улыбка сбежала с лица.

Стало тревожно и страшно. Харн отстранился, вглядываясь в мои глаза, а я напряженно замерла, боясь подумать о плохом.

– Знаешь, мне кажется, я в жизни ни за кого не испытывал такого сильного страха, как вчера. А каждая твоя слезинка говорила о моей несостоятельности как опекуна. Ты даже не представляешь, как сильно я беспокоился и как много для меня значит радостный блеск твоих глаз сегодня. Ради твоей улыбки я готов свернуть горы.

Поэтому, какую бы проказу ты ни задумала, я тебя прощаю.

Он отпустил меня, отстранившись, а я выдохнула, скрывая облегчение. Стало стыдно, что готова была подумать о нем плохо. Я… а он… такой хороший. Шагнув к нему, крепко обняла, выражая свою признательность. За то, что вчера беспокоился, за сегодняшний сюрприз со сладким.

– Лоран… – Харн крепко сжал меня в объятиях и выдохнул в макушку: – Я же не переживу, если с тобой что-то случится.