Жар сердец

Если бы Силвер удалось отвлечь генерала и схватить подсвечник, он стал бы превосходным оружием.

Силвер позволила генералу опустить руку на свою талию и подвести себя к кровати. Фернандес отбродил в сторону край одеяла, открыв гладкие мягкие простыни, сел на кровать и сбросил туфли. Силвер опустилась рядом, но так, чтобы иметь возможность достать рукой подсвечник. В этот момент Фернандес схватил ее за колено и, сминая простыни, потянул к себе. Подсвечник остался вне досягаемости.

– Ты не хочешь увидеть мое тело? Уверяю тебя, это тело зрелого мужчины.

Это было самым последним, что она хотела.

– Конечно, генерал. – «Жду не дождусь».

– Мне бы больше понравилось, если бы ты стала звать меня Альберто – по крайней мере когда мы одни.

– Альберто, – тихо повторила Силвер, пока генерал развязывал пояс халата. Ее глаза округлились, когда она увидела, что под халатом генерал абсолютно обнажен.

«О Боже!» В лицо бросилась краска, и Силвер поспешно отвела глаза. Фернандес негромко хихикнул.

– Я рад видеть, дорогая, что ты не столь привычна к этому, как хочешь показать.

Мне доставит удовольствие обучить тебя любовным премудростям.

Хотя Альберто Фернандес не был высок, он совсем не напрасно говорил, что у него тело зрелого мужчины. На его груди поблескивали густые черные волосы, его талия и бедра были полноваты, но на них угадывались мощные мускулы. Силвер с трудом проглотила комок в горле.

Фернандес начал медленно наползать на нее, целуя и все больше и больше вжимая в мягкий матрас. Силвер пыталась отползти назад, к подсвечнику, который теперь казался ей единственной возможностью спасения.

Генерал придавил ее своим весом; он оказался так тяжел, что она застонала. Обнажив ее грудь, рука Фернандеса начала мять сосок. Другая рука приподняла ее ночную рубашку и заскользила по животу.

Силвер издала про себя проклятие, однако удержалась от того, чтобы произнести его вслух, потому что почти добралась до подсвечника. Но генерал накрыл ее ноги своим мускулистым телом, и она никак не могла двинуться дальше.

Его язык снова проник в ее рот, вызывая тошноту. Всего несколько дюймов, и она смогла бы дотянуться до подсвечника. Силвер разрешила Генералу целовать себя, готовясь к своей отчаянной попытке.

– Отпусти ее. – Холодный тон этих слов обещал смерть, как и звук взводимого курка. Генерал поспешно обернулся. – Одно неверное движение, Фернандес, и ты – покойник.

Какое–то мгновение Силвер, раскрыв рот, смотрела на человека, стоящего возле окна.