Жар сердец

Это был белый дом несколько причудливой архитектуры, однако довольно привлекательный своими башенками на крыше, массивной железной оградой и двором, полным цветущих растений. Среди них можно было разглядеть желтые гибискусы и розовые бегонии.

– Как красиво! – вырвалось у Силвер.

Морган повернулся к ней и в первый раз за весь день улыбнулся.

– Красива ты. Я собирался сказать тебе это прошлым вечером, но Рейли и Демминг засыпали тебя комплиментами, и я решил, что мои неуклюжие слова для тебя не будут иметь никакого значения.

Силвер улыбнулась в ответ. Ей нравилось, когда он так на нее смотрел. Его зеленые глаза казались столь теплыми, что это заставило ее щеки порозоветь.

– Они имеют для меня значение, – произнесла Силвер. – Спасибо.

Экипаж остановился, и Морган вышел. Затем он протянул руки к ее талии и опустил Силвер рядом с собой. Кучер выгрузил ее сумку, Морган поднял ее, и они направились по обсаженной цветами дорожке к дому. Траск постучал в дверь, и невысокий чернокожий слуга, одетый в черный костюм и белые перчатки, открыл им дверь.

Увидев Моргана, он приветливо улыбнулся, в уголках его глаз появились морщинки.

– Капитан Траск, рад вас видеть.

– Как поживаете, Евфрат?

– Прекрасно, капитан.

Слуга перевел взгляд на Силвер, но не проронил ни слова. Он лишь провел гостей внутрь дома и отправился доложить о них своей госпоже.

– Морган… – произнесла леди Грейсон, появляясь на лестнице. На ней было шелковое платье рубинового цвета. Невысокая, но с хорошей фигурой, она имела прекрасные синие, как васильки, глаза.

Приветливо улыбаясь, леди Грейсон поцеловала Моргана в щеку. – Очень рада тебя видеть. Я была уверена, что ты прибудешь именно в тот день, который упомянул в своем письме, поскольку знаю, ты всегда точен.

– Рад видеть тебя тоже. – Морган все еще не выпускал из своих рук маленькой женской ладони. – Мне нужно кое с кем встретиться. – Он повернулся к Силвер, которой стало казаться, что о ней вообще забыли. – Леди Грейсон, это – леди Салина. Ее отец – граф Кентский.

– Рада знакомству, леди Грейсон, – чуть наклонила голову Силвер.

– Взаимно, моя дорогая.

– Друзья называют меня Силвер. Я хотела бы, чтобы вы звали меня так же.

– Тогда зовите меня просто Лидия, поскольку любой друг Моргана – мой друг.

В последних ее словах Силвер усомнилась. Взгляд, которым эта женщина смотрела на Моргана, нельзя было назвать лишь дружеским. Не было никакого сомнения, что эта элегантная дама является его возлюбленной.