Жар сердец

– Прости, – прошептала Силвер, не имея ни малейшего представления за что. – Я не знаю, что случилось.

Морган отодвинулся дальше.

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, он пригладил рукой волосы.

– Поговорим об этом позже.

Силвер опустилась на кровать, чувствуя больше замешательство, чем смущение.

– И мы не будем притворяться, что ничего не произошло?

Морган улыбнулся, в первый раз за этот вечер. Боже, подумал он, какой чертовски привлекательной она выглядит с этими красными пятнами на щеках, в ночной рубашке с высоким воротником и пеньюаре.

Он и не предполагал, что его может тянуть к женщине, подобной Силвер Джоунс. И не мог допустить даже мысли, что его будет притягивать к такой женщине столь сильно.

– Мне будет тяжело это забыть, но ты постарайся, если хочешь. Я думаю, это было бы самым разумным.

– Тебе не следует говорить об этом Лидии. – Ее большие карие глаза глядели умоляюще.

– Конечно. – Морган поправил китель, мысленно издав проклятие, что оказался в таком нелепом положении, затем снова поднял глаза на Силвер.

На этот раз она выглядела смущенной.

Морган внезапно почувствовал вину за те вольности, которые он себе позволил. Но нет, черт побери! Будь он проклят, если он извинится! Это она начала игру, а он лишь поддался на нее. Ей просто повезло, что доктор и Лидия оставались неподалеку.

– Отдохни немного, Силвер.

– А ты не останешься? Нет?

Морган отрицательно покачал головой:

Почему ее чертовски неуместное вмешательство в его отношения с Лидией так его тронуло? Если быть с собой искренним, то он был даже рад, что покинул Лидию, хотя не мог ясно себе сказать почему.

Его тело сейчас было напряженнее якорной цепи. Но он должен все же признаться себе, что вовсе не хотел проводить эту ночь с Лидией с того самого момента, как сделал шаг из экипажа к двери ее дома.

Может, ему следовало сбросить напряжение с кем–нибудь из темнокожих женщин, что работали на пристани? Морган вздохнул. Возможно, ему пора перестать себя обманывать и признать наконец правду; той женщиной, которую он действительно хотел, была Силвер.

И в одном он теперь был уверен: когда он целовал Силвер Джоунс в своей каюте, ее горячий отклик был отнюдь не притворным.

В эту ночь Силвер спала плохо, все время ворочаясь с боку на бок и размышляя о произошедшем между ней и Морганом Траском. Она разрывалась между осуждением самой себя за то, что сделала, и сладостными воспоминаниями о том, какие ощущения ей довелось испытать.