Педагог хренов!
— Какой же ты… — не могла подобрать нужных слов, чтобы выразить свое отношение к нему в данный момент, — предатель!
— Может быть, — равнодушно согласился Ник, — Но в данном случае цель оправдывает средства.
— Какая цель, Никита??? Избавиться от меня? Чтобы не приставала и не бежала за тобой, как навязчивый хвостик?
— Да, — скупой ответ ледяным ножом ударил под ребра.
Закусив губу, смотрела на него, чувствуя, как снова кровоточит только начавшее заживать измученное сердце.
— Не думала, что когда-нибудь это скажу.
Но ты меня разочаровал. Ты же знал… Знал, как было хреново. Все знал. Но тебе так хотелось от меня избавиться, что наплевал на все и вытащил его сюда!
Развернувшись, быстро пошла прочь из его комнаты. Обида душила такая, что хотелось реветь, забившись в угол.
Уйти не удалось. Бесшумно оказавшись рядом, схватил за руку и рывком развернул к себе лицом.
— Да отстань ты от меня! — в сердцах отмахнулась от него, снова направляясь к двери. Мне нужно уйти отсюда!
Обхватив за плечи, подтолкнул к стене, с силой прижав к ней.
Смотрел сверху вниз, грозно сверкая темными глазами:
— Я тебя предупреждал, чтобы оставила свои поиски и попытки увязаться следом за мной. По-хорошему пытался убедить. Но ты была глуха, как пробка. От тебя исходило только ""я хочу"" и все. Еще раз повторю, что тебе не нужен этот перевод.
Усмехнулась, не скрывая горечи. Ах, ты ж заботливый мой!
— Теперь, по крайней мере, перестанешь лезть, куда тебя не просят! Давай на чистоту, Чу! Ты ведь и за мной-то хотела пойти лишь по одной причине, чтобы не думать ни о чем.
Поставила себе дурную цель и шла к ней напролом. Разве не так? Что угодно, лишь бы отвлечься?! Да, Вась? Вот теперь иди и разбирайся с первопричиной своего состояния, которая сейчас находится в соседней комнате. А всякие глупости из головы выкинь, — он говорил жестко, холодно, ни о чем не жалея.
— Мог так сильно не стараться, — наклонившись, проскакиваю у него под рукой, — я все поняла, можешь катиться на все четыре стороны, и больше за тобой бегать не стану.
Доволен?
Он был не доволен. Видела это по сердитым молниям, полыхающим в глазах.
— Поздно, Василиса Андреевна, раньше надо было думать.
Все, надо уходить отсюда. Лазарев меня не слышит, мне вообще кажется, что он сейчас не на моей стороне, а на стороне Тимура. Предатель!
Очередная попытка уйти из этой холостяцкой берлоги с треском проваливается:
— И куда это ты собралась? — не дает ступить и шага, снова останавливая меня.
