Мало по малу слезы иссякли, рыдания сошли на нет, а вместо этого накрыло состояние опустошенности.
Закусив губу, отстранилась от него, и в этот раз Тим не противодействовал. Понял, что успокоилась и настрой изменился."
"С сожалением почувствовала, как ускользало тепло, что обволакивало, когда была в его объятиях. Каждая клеточка протестовала против этого, рвалась обратно, к нему… но я так не могла.
Отступила, вытирая рукой мокрые щеки:
— Прости, сорвалась. Этого больше не повторится, — аккуратно обошла его и на дрожащих от пережитого волнения ногах поплелась в сторону дома, не на секунду не прекращая чувствовать напряженный взгляд в спину.
Просто умирая от желания остаться.
Но разве так можно?
Я не знаю. Запуталась окончательно.
— Вась, — тихо позвал он, и я, зажмурившись изо всех сил, обернулась.
Тимур стоял посреди дорожки, освещаемой тусклым светом, льющимся из окон дома, и смотрел на меня таким взглядом, от которого дышать не получалось.
— Я завтра приду, ладно? С работы тебя встречу. Давай просто пройдемся, пожалуйста? — просил, а в наряженном голосе такая надежда сквозила, что не смогла ответить отказом.
— Приходи, — выдохнула еле слышно, проклиная себя за слабость.
Он еле заметно улыбнулся, но улыбка вышла такая грустная, что снова в глазах защипало. Поэтому торопливо пошла, пока еще не потеряла остатки самообладания.
Как же сложно, когда стоишь на развилке, и от твоего выбора зависит вся дальнейшая жизнь. Я не представляю, как сложатся наши дальнейшие отношения, если скажу «да».
И еще меньше представляю, что со мной будет, если он уйдет, отступит.
Справлюсь ли с его демонами, если начнем все сначала? Справлюсь ли со своей тоской, если откажусь, поставлю точку и попытаюсь забыть?
Меня эти вопросы добьют. Мотает из стороны в сторону, и вечная проблема: где поставить запятую во фразе «казнить нельзя помиловать». Так хочется, чтобы кто-нибудь взял за руку, подвел к правильному решению и уверенно сказал «делай так, все остальное тебе не нужно». Кто-нибудь, пожалуйста…
***
Хреново до невозможности.
Оттого, что видел ее такой расстроенной, оттого что осознавал — все из-за него. Из-за слов дурацких, что сломали их мир.
В очередной раз почувствовал себя самым последним идиотом. Что ж он всегда портит, и только потом включает голову? Пытается собрать, исправить. Неужели нельзя делать все сразу нормально? Чтобы потом не было непонимания, не было вот таких тяжелых моментов.
Ладони горели оттого, что прикасался к ней, был так близко.
