– А Лена твоя мне и не нравилась, – неожиданно сказала Светлана Николаевна, когда сын полез доставать фикус. Головой о дверцу багажника он все-таки стукнулся. – Умная, красивая, но все равно чего-то в ней не хватало… – Денис выпрямился, потирая затылок, а мама продолжила: – Слишком тебе потакала. Вот и зря. Заноси, не стесняйся.
Денис промолчал, стиснув зубы. Сколько интересного узнал однако! В квартире обнаружилась только сестра. Рыжая заноза выпорхнула в коридор, держа в руке помаду.
– Отличный куст, брателло! Возвращаешься в родные пенаты, переносишь вещи? Не знала, что ты так любишь кусты.
Только учти, комнату тебе обратно не отдам!
– Это ты куда в таком виде собралась? – не остался в долгу Денис. – Покороче еще шорты есть? – строго спросил.
– Восемнадцать, Дениска, мне восемнадцать. А скоро вообще девятнадцать. А ты деревце-то поставь. Уронишь еще, сломаешь, – ехидно улыбнулась язва.
– Дети, хватит, – прикрикнула Светлана Николаевна. – Вам больше одного хоть не собирайся. Денис, неси фикус на балкон.
А ты не задирай брата! – погрозила дочери. – Что вы все как маленькие.
Алла, фыркнув как кошка, пошла к себе в комнату заканчивать марафет. Покрутилась у зеркала, еще раз оглядев себя со всех сторон. Отличные шорты. И маечка классная, лето же!
– Мам, я ушла! Дениска-редиска, пока! – и хлопнула входная дверь, буквально через пару минут из подъезда чуть ли не вприпрыжку выскочила Алла и быстро зашагала со двора.
Денис тяжело вздохнул. Совсем мелкая от рук отбилась. Ходит теперь сверкает всем, чем может, и не скажешь же ничего.
– Кушать будешь? – Светлана Николаевна отвлекала сына от мыслей о том, кому нужно будет дать в глаз или сломать руку, если в сторону сестры будут не те телодвижения.
– Буду, – кивнул Денис. В его квартире все равно почти одни полуфабрикаты с тех пор, как Лена ушла. А так мама еще и с собой соберет. Но даже вкусное и регулярное питание не сподвигнет его вернуться обратно к родителям.
Уезжал Денис к себе с увесистым пакетом домашней еды, что очень способствовало повышению настроения.
Но ровно до момента, когда ему помахали полосатой палочкой.
Жаркий включил поворот и прижался к обочине, быстро копаясь в голове на предмет того, за что его тормознули. Не найдя за собой никаких грехов, напрягся еще больше.
– Добрый день, – поздоровался с ним сотрудник радара и жезла, а дальше Денис не расслышал, лишь подумал, почему они всегда представляются так неразборчиво.
– А техосмотр-то у вас послезавтра заканчивается. Непорядок.
