Жажда (СИ)

Раскладывая печенье с конфетами, и украшая цветами, я рассказывала Дане о каждом к кому подходила. Возле могилы «Влада» малой, не дождавшись комментария, спросил:

— А это кто?

— Это неизвестный мне парень.

— А почему ты ему тоже цветы принесла?

— Потому, что кроме меня к нему никто не приходит. А если и приходят, то не по велению сердца, а потому, что так надо. — На более подробные объяснения у меня попросту не хватило сил, а потому, я отвлекла Даньку, пройдя немного вглубь. — Сынуля, сейчас уже пойдем. Только к бабе Дусе заглянем и поедем к озеру.

Мы же не зря удочку купили?

Оказавшись у трех могил за одной оградкой, услышала удивление в голосе сына:

— А почему у них фамилии одинаковые? Они все родственники?"

"— Потому, что у бабушки Евдокии было два мужа. — Машинально ответила, да так и застыла, воронкой кверху, втыкая букеты в землю. Благо Даня еще был мал и не задался вопросом о том, кто чью фамилию из них взял. Меня же прошибло потом.

Первый муж бабы Дуси, родной сестры моего дедушки, Тихон — не вернулся с войны.

О том, как сильно она его любила, говорила пустая могила справа. Получив извещение о смерти, приложила кучу усилий, но все же выяснила, где он похоронен. Сразу после окончания военных действий поехала куда-то в Беларусь и вернулась с горстью земли из братского захоронения, где покоился муж. Насыпала холмик на кладбище, прикопав узелок и даже крест поставила. Так и ходила сюда всю жизнь, заранее определив себе место рядом.

А через год в село вернулся младший брат Тихона — Семён.

Стал захаживать к Дусе, помогать по хозяйству, где нужна была мужская рука. И как-то раз, придя, уж больше не ушел… Он теперь покоился слева от Евдокии.

Эту историю я знала с детства, и хорошо их помнила. И вот, много лет спустя, стало жутко. История родственницы непонятным образом резала сознание на части. А что бы было, если бы Тихон оказался жив и вернулся? Ошибочная похоронка в те времена не была редкостью. Вопрос без ответа.

Отгоняя от себя будоражащие мысли, отправилась вместе с сыном вначале к руинам дома, в котором прошло мое детство и юность, а потом в яр на краю села.

Припарковавшись на обочине у небольшой березовой рощи, прошлась от начала до конца. Лавку не нашла. Она исчезла, как и мое прошлое.

Устроив импровизированный пикник, мы перекусили, после чего попытались ловить рыбу. Мякиш хлеба размокал быстрее, чем рыба успевала клевать, а потому пришлось пообещать малому, раздобыть завтра червей.