Вывернувшись из-под него, девушка опрокинула мужчину на спину, чему он нисколько не противился, наоборот, глаза его потемнели, став почти черными — теперь-то Джози знала, что это следствие охватившей Даниэля страсти, а не гнева. Она уселась на него верхом и вздрогнула, когда набухшие, увлажнившиеся лепестки в нежном поцелуе коснулись возбужденной плоти. Это было так невероятно интимно, что ей захотелось навечно запечатлеть в памяти столь удивительное ощущение.
Пульсирующая мужская плоть еще больше отвердела, и девушка удовлетворенно улыбнулась такой наглядной демонстрации сокрушительного эффекта, производимого ею на Даниэля.
Облизнув губы в предвкушении, она отдалась во власть не контролируемой более страсти и, приподняв ягодицы, совершила волнообразное движение, после чего опять опустилась на его бедра, вновь одарив дразнящим поцелуем вздыбленную плоть и оставляя на ней влажный след от истекавшего любовными соками лона.
— Не делай этого, — сказал Даниэль прерывистым хриплым голосом.
— Чего? Этого… — И девушка еще раз соблазняющим движением повела бедрами.
Даниэль застонал и выгнулся, стремясь снова коснуться манящей, жаждущей его сердцевины женственности:
— Не облизывай губы.
О боже, неужели он не понимал, что теперь у нее просто не осталось иного выхода, кроме как сделать это снова?
— Почему? — спросила Джози, прежде чем томительно медленным движением провести языком сначала по верхней, а потом и по нижней губе.
Даниэль наблюдал за этими провокационными движениями, не сводя с нее глаз: потемневший взгляд словно приклеился к ее рту:
— Это сводит меня с ума.
Она еще раз качнулась вперед, чтобы жаркое лоно приласкало бархатистую плоть, скользнув по всей ее длине:
— Мне нравится сводить тебя с ума. — Потом она наклонилась вперед и проложила дорожку из легких поцелуев по гладкой мускулистой груди, а затем осторожно прихватила зубами нежную кожу чуть пониже соска.
— Джозетта.
— И у меня нет никакого желания проделывать нечто подобное с Хотвайром.
— Хорошо, — уже мягче проворчал он.
— И вот это тоже. — И кончик ее языка заплясал вокруг соска, пока тот не отвердел, как и другая часть тела Даниэля, а потом Джози начала посасывать его, чем вызвала у мужчины такой судорожный вздох, словно ему внезапно перекрыли кислород.
После пары секунд этой чувственной пытки он сжал ее лицо ладонями и притянул к себе. Джози страстно поцеловала Даниэля, жадно захватывая ртом его губы, а он вернул ей поцелуй с не меньшим пылом.
