О, черт… а вдруг у нее начались месячные? Так, а если подсчитать? Нет, они не должны прийти раньше, чем через пару недель.
— Какую кровь?
— Я прорвал твою девственную плеву.
— Что ты сделал? — Он разделался с физическим доказательством ее девственности? Уже?
— Разве ты ничего не почувствовала? — Потемневшим взглядом Даниэль буравил зелень ее глаз, будто пытаясь отыскать там правду.
Джози слабо улыбнулась. Это все, на что сейчас было способно ее вымотанное тело."
"— Не помню. Ты заставил меня обезуметь от наслаждения.
— Так будет не всегда.
Нет, не будет. И Джози чувствовала, что за этим «медосмотром» стояло нечто большее, что это была та грань, перешагнув которую их физическая близость станет более интенсивной.
— Так я уже не девственница?
— Ты девственница, но из тех, что не собираются страдать от боли, когда впервые займутся сексом.
Наконец, Джози в полной мере осознала, что именно сделал Даниэль, и ее сердце сжалось от незнакомых ей прежде чувств. Единственное, чего всегда желал отец, — научить ее эффективно защищаться, но девушка никогда не ощущала себя ребенком, которого все вокруг балуют и нежат, как и не чувствовала себя хрупкой и женственной рядом с мужчинами.
Сегодня Даниэль подарил ей оба эти ощущения.
— Спасибо.
Он пожал плечами, сказав:
— Мужчины не должны причинять женщинам боль.
— Но не всегда можно избежать этого… в первый раз, я имею в виду.
Даниэль снова пожал плечами, вернув на лицо привычную непроницаемую маску.
Джози приподнялась на локте, пытаясь получше рассмотреть его.
У нее перехватило дыхание. Даже неопытные глаза могли видеть, что его самоконтроль был на исходе. Мужская плоть гордо выдавалась вперед, еще больше увеличившись в размере, и была сплошь испещрена вздувшимися и пульсирующими венами, выделяющимися на гладкой смуглой коже.
— Тебе больно.
Линия твердых губ искривилась:
— Да.
— Значит, ты считаешь, что лучше страдать самому, чем позволить мне испытать боль?
— Всегда, — промокнув ее промежность мягким полотенцем, Даниэль сбросил его вместе с тряпочкой на пол.
— Я хочу, чтобы в нашей близости для тебя было только удовольствие.
Даниэль поднял голову, и взгляду девушки предстало беспощадное, хищное выражение его лица.
Джози затрепетала в предвкушении.
«Никогда его не бойся. Мужчина, способный так контролировать свою страсть, что лишил тебя девственности, избавив от лишних страданий, никогда и ни за что не причинит тебе боли».
