Желание

Он провел обследование, выписал новый рецепт на те же витамины для беременных, которые назначила мне доктор Бобби, а потом мы некоторое время говорили о том, что произойдет со мной в следующие несколько месяцев. Врач объяснил, что обычно осматривает беременных пациенток раз в месяц, но поскольку Гвен опытная акушерка, а приезжать на прием неудобно и приходится тратить целый день, он намерен встречаться со мной реже – конечно, если все будет в порядке, но если у меня возникнут какие-либо вопросы или опасения, я непременно должна поговорить о них с Гвен.

Он также напомнил мне, что Гвен будет пристальнее следить за моим здоровьем во время третьего триместра, так что и на этот счет незачем беспокоиться. Когда Гвен и тетя вышли из кабинета, врач упомянул об усыновлении и спросил, хочу ли я после родов подержать ребенка на руках. Сразу ответить я не смогла, и он попросил меня подумать, заверив, что я еще успею определиться. Пока он говорил, я не могла отвести взгляд от его рук, которые почему-то пугали меня.

Меня проводили в соседний кабинет на УЗИ, медсестра спросила, хочу ли я узнать пол ребенка. Я покачала головой. Но позднее, надевая куртку, я услышала, как она шепотом говорит моей тете: «Получить четкое изображение было трудно, но я почти не сомневаюсь, что это девочка», – то есть подтвердила подозрения моей мамы.

В последующие дни и недели моя жизнь вошла в более-менее привычную колею. Декабрь принес новое похолодание; я выполняла домашние задания, читала учебники, писала рефераты, готовилась к проверочным работам.

К тому времени, как я справилась с последними контрольными перед началом зимних каникул, мне казалось, что моя голова вот-вот лопнет.

Но, с другой стороны, мои отметки заметно улучшились, и я, разговаривая с родителями, не удержалась и похвасталась этим. До уровня Морган я все равно не дотягивала – и никогда бы не дотянула, – но таких отметок до отъезда из Сиэтла не получала. И я почти слышала, как родители мысленно задаются вопросом, почему учеба вдруг стала настолько важна для меня, но меня они об этом так и не спросили.

Еще удивительнее было то, что я медленно, но верно свыкалась с жизнью в Окракоуке. Да, городок был маленький и скучный, да, я тосковала по родным и часто гадала, как там мои подруги, но все было терпимо, если придерживаться заведенного порядка. Иногда после окончания занятий мы с Брайсом бродили по окрестностям; дважды он брал с собой фотоаппарат и экспонометр.