Онлайн-библиотека книг
Длинные пальцы лишь чуть-чуть задевали край платья, ввергая Соню в пучину чувственного соблазна.
— Потому что…
— Соня, Соня, это не ответ! — Денис продолжал говорить голосом искусителя. — Я только взгляну. Одним глазком. Разочек. Не представляешь, как мне хочется знать, какие именно трусики прикрывают твое лоно! Беленькие? Черные? Или…
— Персиковые! — выдохнула она и застонала, поняв, что поддалась на провокацию.
— Персиковые? М-м-м… Знаешь, когда я увидел эти веревочки с кружевом… Говорю так, потому что у нормального мужика то безобразие, что вы, женщины, носите, язык не повернется назвать трусиками… Тогда я сразу вспомнил, как ласкал тебя языком на кухонном столе! И твой сок мне напомнил сок персика!
— Потемкин, замолчи! — с придыханием выпалила Соня.
— Замолчу, если покажешь трусики! — хитро заметил мужчина с дьявольским блеском в глазах.
— Ты ведь не отстанешь?
— А ты как думаешь?
Соня, зажмурившись, убрала его руку с колена и быстрым движением подняла платье едва ли не до живота.
— Ты чертовка! Если бы я не знал, что ты от природы стеснительна, подумал бы, что намеренно меня соблазняешь! И стоит заметить, соблазняешь очень искусно! Соня, ты даже не представляешь, чего мне стоит сейчас сдержаться и не зарыться лицом в твою киску!
— Денис! Ты обещал замолчать! — вскрикнула Соня, одергивая платье и стараясь не обращать внимания на многообещающий шепот мужчины.
Денис глухо засмеялся и откинулся на спинку сиденья.
— Как скажешь, моя маленькая волчица.
— Нет!
— Не стоит делать поспешных заявлений!
— Потемкин, да прекратишь ты или нет?
— Соня, скажи честно, ты сейчас пытаешься противостоять мне или себе?
Соня сжала губы и снова отвернулась к иллюминатору. Ее сердце бешено колотилось, готовое выпрыгнуть из груди. Денис изменил тактику: теперь он не набрасывался с жаркими объятиями, а провоцировал словами, обещая сладкие прикосновения, пробуждая чувствительность, заставляя изнывать от желания.
Волчица оскалила зубы в негодовании, требуя у глупого человека продолжения. Ее-то не сдерживали рамки морали. Она руководствовалась инстинктами, а инстинкты кричали о том, как же истосковалась по своему черному волку.
— Давай сменим тему, — попросила Соня, восстанавливая дыхание.
