"
"— Если хотите увидеть сына, дайте мне клятвы неразглашения всего, что увидите и узнаете на моих землях и о непричинении вреда всем, находящимся в герцогстве Моррисон. В противном случае, на мои земли вы не войдете. — Жестко добавила, пока птица меня разглядывала.
Я рисковала, и сильно. Потому что он мог развернуться, улететь в столицу, доложить о странных землях, а особенно об очень странной герцогине, которая неведомо каким образом перемещается в пространстве, парит над землей, и при этом совершенно уверена в том, что может дать отпор сильному и обученному магу.
Но выбора не было. Меня и так раскроют, не мой король, так соседний сообразит кто и куда утащил его жену. И я действительно уверена в том, что смогу закрыть свои территории от чужого глаза, и не позволить никому ступить на мою землю. Уверена. Пусть и сил на это уйдет немеряно.
— Что вы решили, Ваша светлость?
* * *Граница с Нармадом
Морф мчался прочь. Маленькое сердце заполошно билось в груди. Тело помнило боль, страх накрывал волной, запах гари, дыма преследовал его всю дорогу, что он бежал прочь без разбора и без оглядки.
Он все еще не помнил ни кто он, ни где, ни что с ним случилось. Но вместе с тем, пусть и слабо, мог отделить себя от животной сути. Пусть и не физически… Внутри морфа только зрело ощущение, что теперь все будет хорошо. Что нужно только набраться сил. Хорошенько спрятаться от любых угроз, переждать, и там…
А что там будет дальше он не знал.
Он бежал прочь, полностью отдаваясь инстинктам грызуна, который намеренно не забивался в щели встречающихся на пути домов, искал лес… Сколько продлился этот бег морф сказать не мог.
Иногда он что-то грыз по пути, иногда останавливался, чтобы полизать иней, иногда прятался от сильных порывов ветра под соломой, в которую превратилась трава…
И боль, она никуда не исчезла. Тело мышонка, в котором он сейчас пребывал, было истерзано, измучено, несмотря на то что внешних повреждений не имелось. Он сам был сплошным комком боли, сосредоточием ужаса, который и гнал его прочь с этой земли.
И он не сопротивлялся, бежал… Долго… Сбивая лапы в кровь… Словно бы вел кто-то, словно незримый кто-то помогал. Отводил беду, придавал сил и обещал отдых.
Он слабо помнил, как оказался у озера… Не близко, нет, он просто чуял спокойную водную гладь, ее запах… Чуял смешавшиеся с прелой листвой, мерзлой землей запахи зверья. Более крупного, чем он сам… Как он очутился в заячьей норе морф ответить тоже бы не смог. Но свое спасение он нашел именно там.
