Да, будешь молить… Король обещал! И уже работает!
Мысли мужа были несвязанными, он бормотал, то пихаясь, пока я стягивала его штаны, то размахивая руками, как припадочный (увы, небольшие толчки, которые мне доставались от него, магией этого волшебного места как физическая расправа не засчитывалось, радовало то, что Илюшка ничего не ощущал, дух работал исправно), затем рубашку, но я вслушивалась и выуживала нужное.
— Ты уже сегодня послушна! — он вновь рассмеялся. — Убри руки! Я пердумал!
Я не насторожилась.
Вообще, его голос давно звучал не так грозно и громко, как в самом начале, Радана точно тянуло в сон, поэтому ждать, что он чего-то действительно с меня начнет требовать в плане утех, не приходилось.
Сейчас мне нужно молчать, слушать и вроде как со всем соглашаться.
— Вези Сарвенду ко мне! Поняла? И так уж быть, в «Святую Ночь» я буду почти нежным…
И омерзительно расхохотался.
— Святая Ночь? — эхом переспросила я, припустив в голос нотки безразличия.
Вроде как незнакомое название повторила.
— Святая… — просопел Радан, подминая под себя одеяло на манер подушки и поворачиваясь ко мне грязным задом. — Отказать не сможешь, застаит… Маги…я король, общал… сила не даст…
И отрубился.
Я брезгливо вытерла руки о простыню и отошла от кровати. Что мы имеем?
Если выкинуть всю чепуху, состоящую из угроз мужа, то в остатке у нас неприглядная картина.
Завтра такая ночь, которая не позволит мне отказаться от супружеского долга. Магия не даст. Заставит ублажать мужа, а также стопроцентно после оной я понесу ребенка.
— Мразь, — выдохнула я, глядя на спящего, но думала я о короле. Радан же громко испортил воздух. — А ты — свинья!
Я вылетела из покоев герцога, и запретила слугам к нему заходить. Пусть мерзнет скотина такая, раз уж одеяло в подушки определил. Ему полезно охолонуться."
"А в моих покоях меня ждали встревоженные родные. Действительно люди, ставшие мне родными. Правда к ним добавились старшие воспитанники, Власен и Радия, которых тут точно быть не должно.
Время позднее. Режим дня нарушать нельзя.
Примерно это я и сказала, едва погасив в себе гнев. Он не к ребятам относился, совершенно не к ним. Отыгрываться на тех, кто отпор дать не может — не самая лучшая идея. Да и пример отвратительный.
Конечно, воспитанники уловили и мой настрой, и ту злость, что бурлила внутри, и пока не находила выхода.
«Нечего мне, цыть, сидеть внутри и не пугать детей» — мысленно отдала приказ магии, которая тоже решила пошалить.
