У них есть связи, есть знакомства, их слово весомо! Что могли рассказать вчерашние послушники? И кто бы стал их слушать?!
Я оборвала две нити, сразу ощутив облегчение — магическая нагрузка перераспределилась между оставшимися, и уже целительская магия Тирхана выдернула меня в реальность, привела в сознание.
Тогда мы все также находились под открытым небом. Тогда именно меня первой лечил учитель и продолжал делать все то время, что я сомневалась. Потому что я была связующим звеном. И только после того, как я избавилась от двоих человек, как от балласта, стабилизировала остальных и себя, Тирхан смог наконец перестать тратить силу и дар на меня, и перейти к лечению удерживаемых мной людей.
И в последствии я тысячу раз задавалась вопросом: как сильно меня изменила магия, как сильно на меня повлияла Колыбель?
Почему я, осознавая близость смерти и крайнюю необходимость принятия того жёсткого решения, продолжала цепляться за тех, от кого зависели уже наши жизни?
Почему не думала о сыне, который важнее всего? Почему даже сейчас, спустя неделю после той ночи, я все еще чувствую пустоту и горечь? Разве в том, что с нами случилась была моя вина?
Разве обстоятельства, в которых мы оказались, зависели от меня? Ведь я тоже была выдернута в неизвестность, босая и в одной сорочке, мне никто не дал времени подготовиться и не предупредил о том, что меня ожидает.
Так почему? Откуда появились эти ненужные чувства? И зачем они мне, если этой реальности, этому месту и даже миру, куда сильнее необходима не добрая, наивная и ласковая Анастейза, а та самая циничная, местами грубая и прямая как палка, Анастасия Падловна?
От того ли, что я знаю, что могла бы их спасти имея больше знаний, опыта в управлении собственного дара и Священной Колыбелью? Дух ведь показывал, что я всегда могу позаимствовать накопленную за века спячки в этом месте энергию, да с последствиями для земель, но… Я так и не научилась! Я занималась чем угодно, но только не овладением собственного дара, предпочтя отодвинуть все занятия на зимнее время!
А теперь у меня и хранитель не отзывается, и двойная могила появилась…
И, скорее всего, погиб морф…
Во всяком случае, я думала так позавчера, а сегодня… Сегодня у меня было слишком много причин, чтобы считать, что морф умирает.
Я устало смахнула пот со лба и посмотрела на сына. Он беспокойно ворочался во сне.
Та ночь сказалась на всех. И на мне, и на спасенных, и на домочадцах.
